А потом я проснусь

Возможно, тому, кто уже потерял двух самых близких людей, проще принять утрату.

— Беги, — говорю я на прощанье. — И до скорой встречи.

Встреча с заказчиком длится не более получаса. Собственно, она могла бы закончиться и раньше, не закажи я кофе. Ту сумму, которую он готов заплатить за почти полгода работы, я получаю за месяц, и к тому же обязательным его условием является мое ежедневное присутствие в его офисе, на что ни один толковый и свободолюбивый фрилансер не согласится. Вежливо откланявшись и получив в ответ лишь полный недовольства взгляд, который я трактую «Таким людям, как я, не отказывают, щенок», обдумываю дальнейший план действий.

До окончания рабочего дня Ярославы остается около часа, а значит, я вполне успею заехать за цветами.

Выбрав букет, который предположительно ассоциируется у меня с Ясей (не избитые и рафинированные розы, а яркие и дерзкие ирисы), я сажусь в Яго и еду к ней. Ноутбук у меня всегда с собой, так что успею еще немного поработать.

В назначенное время весь офис Диса, словно цветная стайка рыбок, выпущенная из аквариума, вываливает на парковку.

Найдя глазами Ярославу и отдельно задержавшись на ее юбке, я выхожу из машины и машу ей рукой. При виде меня она расцветает в такой радостной улыбке, словно в действительности не верила, что я собираюсь за ней заехать. Что подтверждает ее фраза, сказанная вместо приветствия.

— Я думала, ты не приедешь почему-то. Передумаешь или не успеешь.

— Успел и не передумал, — улыбаюсь я, с нарочитой галантностью открывая для нее пассажирскую дверь.

— Садись скорее, пока курица не стухла.

Она со смехом забирается в салон, где я и вручаю ей охапку ирисов. Не стал делать это на улице, чтобы избежать киношной демонстративности.

— Это мне? — Ее взгляд мечется между фиолетовыми лепестками и воротником моей рубашки.

— А кому еще?

— Нет… Понятно, что мне… Просто…

Она утыкается лицом в бутоны, так что виден лишь ее лоб и замирает в таком положении.

— Ты там дышишь хотя бы? — шучу я, после чего она поднимает глаза. Они мокрые, как и ее щеки.

— Спасибо. Красивые такие… Очень. Мой первый букет.

Я тщетно пытаюсь сглотнуть восставший в горле комок. Это же просто цветы. И уж они точно слез не стоят.

— Рад, что понравились.

— Очень. Еще так неожиданно… — Она вытирает глаза запястьем и пытается улыбнуться. — Мой самый первый букет.

«Сойка не дарил тебе цветы?» — едва не вылетает из меня, что непременно бы все испортило. Вместо этого я завожу двигатель и шутливо напоминаю:

— Помни о курице.