А теперь держи меня

Если Матвей ранен…

— И что будем делать? Не можем же мы просто зайти и…

Позади меня раздаётся щелчок, а следом и громкий оглушающий выстрел, заставляющий меня взвизгнуть и резко обернуться. Я буквально вижу, как пуля врезается в здание и застревает в дереве. Крепкая рука Шторма толкает меня назад, и я оказываюсь за его спиной как раз в тот момент, когда взгляд натыкается на направленное в нашу сторону ружьё.

Сердце трепещет так быстро, что готово разорваться.

На нас смотрит, очевидно, хозяин этого дома.

И он выстрелил в нас! Он, чёрт возьми, только что выстрелил!

— Воу, спокойно, — Егор поднимает руки, показывая, что мы безоружны. — Мы просто ищем кое-кого.

— Здесь никого нет, — хриплый скрипучий голос старика, крепко и уверенно держащего в руках оружие, почему лишь прибавляет ужаса.

Я пытаюсь отступить, чтобы при малейшей опасности скрыться за домом, но ноги не слушаются.

— Мы ищем парня с рюкзаком. Волосы чёрные. Возможно, под действием наркотиков, — продолжает Егор.

Старик внимательно разглядывает нас, его руки перехватывают винтовку, наверное, оставшуюся ещё со времён войны, а у меня в голове его палец уже сотню раз спускает курок, позволяя пули пронзить тело Штормова. Я уже представляю, как подхватываю его тело, и парень умирает на моих руках, захлёбываясь в собственной крови.

А потом Ефим неожиданно опускает оружие, и облегчение обрушивается на меня с такой силой, что подкашиваются ноги.

— Идите за мной, — хрипит Ефим, разворачиваясь и хромая к другой части здания.

Я переглядываюсь со Штормом, но парень лишь пожимает плечом.

Мои руки трясутся, и я пытаюсь сжать их, чтобы хоть немного совладать с непослушными пальцами. Всё это скоро доведёт меня до инфаркта. Я стану истеричкой и буду дёргаться по любому поводу.

Мы останавливаемся перед дубовыми дверьми — Ефим снова смотрит на нас, словно оценивая, стоит ли пускать таких как мы в дом. Его взгляд задерживается на мне.

— Палец соскочил, — будто читает мои мысли.

Палец соскочил?! Палец?! И он просто так говорит об этом?! Он же мог кого-нибудь из нас застрелить.

Старик хрипло смеётся, затем прокашливается и трясущимися руками открывает дверь, проникая внутрь.