А теперь держи меня

Хотел перед операцией, да как-то не удалось.

Смотрю на его профиль, невольно вспоминая прошлое. Тогда у Матвея была сильная ломка, он сходил с ума без дозы, лез на стенку, кричал, проклинал нас, винил меня в том, что это именно я виновата во всём, что с нами происходит. А как мы с Егором бегали за Иркутским, когда тот стырил нашу сумку, вспоминать даже страшно.

— А, короче, чё хотел то, — бормочет парень. — Я, если чё, помогу вам с Арчи. Всё-таки в одной лодке все. Думаю, теперь от меня будет больше толку, чем тогда.

— Не уверена, что вообще это потребуется, — говорю я, хотя сама не верю собственным словам. — Но спасибо. Надеюсь, Таран и без нас справится. Не хочу снова влезать во всё это дерьмо.

— А кто хочет? — усмехается парень. — Ждать, пока они сами нас найдут, тоже не вариант. Лучше уж начать самим действовать.

— Вот только не говори, что хочешь отомстить им или ещё что, — язвлю я. — Моя сестра уже доигралась. И что с ней там — хрен знает. Может быть, она уже мертва давно…

Трясу головой, избавляясь от неприятных мыслей.

Нет. Как я могу так думать? Нельзя. Если себя настраивать, то обязательно это и случится. Маша жива. И Миша спасёт её. Они ведь любят друг друга, поэтому и не могут быть врагами. Кузнецов на нашей стороне. Я уверена. Иначе всё будет в пустую. Вообще всё.

— Дело не в мести, — бросает Митя. — А в нашей безопасности. Нужно быть готовым ко всему.

— Ты говоришь, как Андрей, — замечаю я.

Парень невесело смеётся.

— Просто, когда сидишь в палате, пытаясь не думать о наркотиках, начинаешь размышлять о чём-нибудь другом, — говорит парень.

 — Думаешь и думаешь. И ничего другого не остаётся.

Иркутский выбрасывает в урну бычок, даже не потушив, и шумно выдыхает остатки дыма.

— Пошли, зайдём внутрь, — предлагает он. — Солнце слишком слепит. Невыносимо…

Последнее слово он тянет с какой-то неприязнью, и я усмехаюсь себе под нос. Ну, да. Бывший наркоман, которого только-только выписывают из больницы. Ему действительно уже можно выходить в социум? Что, если Матвей сорвётся при первой же возможности.

Как говорят, бывших наркоманов не бывает…

— Как операция? — спрашивает Кирилл, когда решает позвонить мне, чтобы узнать результаты.

Мы с Матвеем сидим в приёмной и дожидаемся хоть каких-нибудь известий от врачей, но операционная всё ещё заперта, и туда никого не пускают.

— Да никак, — бурчу я, устало вздыхая. — Пока никаких вестей. Они сразу предупреди, что случай тяжёлый и потребуется много времени, так что остаётся только ждать.