Абандон. Брошенный город

Они спустились, минуя второй этаж, и вышли на первый в районе кухни с огромными раковинами, двумя каминами, кирпичной и глиняной печами и длинным разделочным столом. В окнах сохранились стекла, так что ни снега, ни ветра здесь не было – только тишина.

– Выключи фонарь, – прошептал профессор, и их обступила непроглядная тьма. Эбигейл не видела даже отца, стоявшего в футе от нее.

– Хорошо, – сказал он, увлекая ее вперед. – Если они будут спускаться по главной лестнице, мы увидим их свет.

Девушка услышала, как повернулась, тихонько скрипнув, дверная ручка.

– Здесь же полный мрак. Как ты что-то видишь? – спросила Фостер.

– Я очень хорошо знаю… – начал отвечать Лоренс, но не договорил.

– Что такое? – еще больше перепугалась Эбигейл.

– Услышал что-то впереди.

– Как будто дерево под ногой скрипнуло.

Секундная пауза растянулась в вечность, а потом Эбигейл увидела в кромешной тьме одну-единственную точку света.

– Господи! – выдохнула она.

Кендал опустил голову – по его груди, вокруг логотипа «Норт фейс», скользила красная точка.

Они вместе метнулись в кухню, а позади них уже звенело, разлетаясь осколками стекло двери и заднего окна. Звук выстрела журналистка не услышала. Лоренс на секунду включил фонарь, втолкнул дочь в проем между раковинами и помог ей подняться на подоконник. Шаги уже приближались.

– Что мне делать? – спросила девушка. Отец толкнул ее, и она вывалилась наружу, на снег. Сам Лоренс последовать за ней не успел: едва он ступил на подоконник, как двери распахнулись, и по стенам кухни сумасшедшими зигзагами заметались лучи фонариков.

– Давай! – крикнула Эбигейл, но бандиты уже втащили ее отца обратно в Изумрудный дом.

Не успела она подняться, как ее тоже схватили за руки и втянули в кухню через окно. Оставшиеся в раме куски стекла проре́зали ее одежды, термальное белье и кожу, и кровь побежала у нее по левой ноге. Девушку швырнули на гнилой пол. Луч фонаря полоснул по Джерроду и Айзее.

– Нет! – прохрипел, задыхаясь, профессор.

Журналистка попыталась подняться, а когда у нее это не получилось, откинулась на спину. Ее левая скула пульсировала болью.