Абсолютная власть

Потом опустила руку к затвердевшему в эрекции члену и легонько ткнула его ногтем сквозь джинсы. Коллин едва не вскрикнул: ставшие слишком тесными джинсы причинили боль. Он опять попытался прикоснуться к ней, но она остановила его. Сняла ремень, затем расстегнула джинсы; те полетели на пол. После чего освободила плоть. Та сразу же подскочила вверх, и Глория засунула ее себе между ногами, крепко сжимая бедрами.

Опустив голову, она прижалась губами к его уху.

– Тим, ты ведь хочешь меня, правда? Ты сильно хочешь трахнуть меня, да?

Застонав, Коллин схватил ее за ягодицы, но она быстро отняла его руки.

– Я тоже очень хотела тебя, в ту ночь. Но затем появился он.

– Знаю. Я очень сожалею, что все так обернулось. Мы поговорили и…

– Знаю, он мне все рассказал. Что ты ничего не сказал о нас. Ты вел себя как настоящий джентльмен.

– Его это никак не касалось.

– Совершенно верно, Тим. Его это никак не касалось. А сейчас ты хочешь трахнуть меня, да?

– Господи, да, хочу, Глория! Конечно, хочу!

– Так сильно хочешь, что тебе больно…

– Больно до смерти.

– Мне так хорошо с тобой, Тим, так хорошо…

– Подожди немного, малышка, только подожди… И ты узнаешь, что такое хорошо.

– Я это знаю, Тим. Похоже, я думаю только о том, как заняться с тобой любовью. Ты ведь это понимаешь, да?

– Да. – Боль стала такой невыносимой, что у Коллина на глазах навернулись слезы.

Она слизнула соленые капельки.

– Ты точно хочешь меня? Ты в этом абсолютно уверен?

Тим почувствовал это до того, как сознание зарегистрировало случившееся.

Слова были произнесены медленно, отчетливо, словно их проговаривали много раз, добиваясь нужной интонации, нужной модуляции; говорившая наслаждалась каждым слогом. Она слезла с Коллина, позаботившись о том, чтобы с силой надавить на его эрегированный член, отчего тот ахнул.

Он продолжал лежать на кровати, и Рассел швырнула ему в лицо его джинсы. Когда Тим натянул их и сел в кровати, она уже скрыла свое тело под толстым длинным халатом.

– Уходи из моего дома, Коллин. Немедленно.

Пристыженный, он быстро оделся, а Глория стояла и смотрела на него. Она прошла следом за ним в прихожую, и когда он открыл дверь и переступил порог, резко вытолкнула его прочь и захлопнула за ним дверь.

Коллин оглянулся, гадая, смеется она или плачет за дверью и вообще выказывает ли какие-либо чувства. Он не собирался делать ей больно. Несомненно, он поставил ее в крайне неловкое положение.