Абсолютная власть

Президент еще недостаточно протрезвел, чтобы уловить скрытый смысл ее слов, но Рассел в действительности было все равно.

Тронув наушник в ухе, Бёртон внимательно выслушал то, что ему сказали, и повернулся к Рассел.

– Нам лучше поскорее убраться отсюда ко всем чертям. Варни только что заметил приближающуюся патрульную машину.

– Сигнализация?.. – озадаченно спросила Рассел.

Бёртон покачал головой.

– Скорее всего, это просто обычная проверка, но если охранники что-либо заметят…

Ему не нужно было ничего добавлять.

Лучшей маскировкой в этой земле богачей был лимузин. Рассел поблагодарила Бога за то, что для этих маленьких приключений всегда использовала взятые напрокат лимузины без водителей. Имена во всех документах были вымышленными, оплата и залог производились наличными, машина забиралась на стоянке и там же оставлялась. Никто не видел никаких лиц. Салон машины подвергнут стерильной обработке. Эта ниточка, даже если полиция за нее когда-либо ухватится, что было крайне сомнительно, приведет в тупик.

– Уходим! – Рассел потихоньку начинала паниковать.

Президенту помогли встать. Рассел пошла рядом с ним. Коллин схватил сумки. И вдруг застыл на месте.

Лютер с трудом сглотнул подкативший к горлу клубок.

Вернувшись, агент взял с ночного столика сумочку Рассел и направился к двери.

Бёртон включил портативный пылесос, завершил обработку комнаты, погасил свет и закрыл дверь.

Мир Лютера вернулся к непроницаемому мраку.

Впервые он остался в комнате наедине с мертвой женщиной.

Остальные, судя по всему, привыкли к лежащему на полу окровавленному телу – ходили вокруг, переступали через него, не отдавая себе отчета, словно это был какой-то неодушевленный предмет. Но Лютер не успел привыкнуть к тому, что меньше чем в восьми шагах от него была смерть.

Он больше не видел заляпанную кровью одежду и безжизненное тело в ней, но знал, что все это никуда не делось. «Подлая богатая стерва» – такой, вероятно, будет неофициальная эпитафия хозяйке дома.

Да, она действительно обманывала своего мужа, хотя тому, похоже, не было до этого особого дела. Но она не заслужила подобной смерти. Он убил бы ее, тут не было никаких вопросов. Если б не ее стремительная контратака, президент совершил бы убийство.

Агентов Секретной службы ни в чем нельзя было винить. Это их работа, и они ее выполнили. В пылу своих чувств женщина вздумала убить не того человека. Возможно, так оно было и к лучшему.