Ад, или Александр Данилов (СИ)

Сочувствовал, терпел её рядом, но не любил… А Соня действительно, как собака, ластилась, смотрела преданно и заискивающе и возвращалась, даже когда её гнали. А ведь красивая была.

— Соня, где же вы были всё это время? — проговорила Татьяна. — Чаю хотите? Я принесу.

— Спасибо, — услышали они в ответ, — не откажусь. Значит, ребёнка моего удочерить хотите? Своего рожать, небось, поздно? — с фальшивым участием спросила Соня.

Может быть, кого-нибудь это и обмануло, но Олег не зря считался хорошим врачом. Хороший врач это ещё и хороший психолог.

И глядя на Соню, Олегу захотелось встать и закрыть собой Татьяну, чтобы защитить. С чего такие вопросы? И это «моего ребёнка»… Уж Олег-то точно знал, какая из неё мать! За всё время ни разу не зашла ребёнка навестить, да и сейчас даже не поинтересовалась, как Дашенька, где она и что с ней. И смотрит так, что страшно становится — за Дашутку, за Татьяну…

— Так где была-то? — спросил он Соню, желая поскорее закончить этот неприятный разговор.

— Я в больнице лежала, еле оклемалась.

 — Она даже слезу пустила, но ей не поверил не только Олег, но и Татьяна тоже — Олег видел это по скептически поджатым губам жены. — Смеяться будете, да, дура я, в сказку поверила, в любовь с первого взгляда, думала, судьбу встретила… А судьба меня по морде. — Соня повернулась той стороной, где у неё оставался синяк, и продемонстрировала его в подтверждение своих слов.

«Вот на этом надо ставить точку, — подумал Олег. — Иначе всё будет повторяться из раза в раз. В конце концов, у Сони есть квартира, через несколько месяцев в неё можно будет въезжать, а пока найдёт, где перекантоваться.

Есть профессия, даже не одна, а целых две. Она здоровая баба с руками, ногами и головой. Хотя насчёт головы я, наверное, погорячился, но нянчиться с ней, потому что она убогая и жалкая, смысла нет. Она способна выбрать свой путь. Вот пусть и выбирает».

— Сколько? Сколько тебе нужно денег, чтобы ты написала отказ от ребёнка? — жёстко спросил Олег. — Подумай хорошо, потому что после получения всей суммы ты должна будешь исчезнуть из нашей жизни.

И ещё, если ты захочешь слишком много или вздумаешь меня шантажировать, я обращусь в органы опеки, и тебя просто лишат родительских прав. И заметь, тогда тебе не то что денег не светит, но ещё и за решётку попасть можешь! — Он, конечно, блефовал, но это была ложь во благо.

Соня вздрогнула, подняла на него глаза, и Олег с облегчением понял, что войны не будет: за деньги женщина готова на всё.