Ад, или Александр Данилов (СИ)

А у меня ноги отнялись, но в больнице полежала, прокапали, пролечили — и вот хожу пока. Руки только всё слабее и слабее. Я не хочу умирать, Саша… Не хочу!

Данилов держал её на руках, гладил волосы, целовал мокрые от слёз щёки, давая понять, что он рядом с ней и всегда будет рядом, до самого конца. Пусть недолго им быть вместе, но он постарается сделать Дину счастливой. Очень постарается.

Данилов проснулся ни свет ни заря. Посмотрел в окно на нетронутое рассветом небо, но ложиться обратно в постель желания не было.

Он оделся, умылся и вышел во двор.

Теперь, когда он отдохнул физически, надо было привести в порядок мысли, определить первоочередные задачи и начинать обустраиваться здесь, поскольку это место стало его домом.

Вернулись из Москвы они с Диной прошлым вечером. Несколько часов за рулём вымотали его похлеще тяжёлой бессонной ночи. Дома поужинали тем, что приготовила Валерия Павловна, раздали подарки. Дина общалась с Катей и Гошей, рассказывала о поездке, а он пошёл укладывать Мишку спать, лёг с ним вместе, да и уснул рядом.

Смутно помнил, как его разбудила Дина, как переложил ребёнка в манеж, поцеловал спящего и погрузился в сон в обнимку с женой.

Теперь, теребя в руках сигарету, Данилов размышлял. В первую очередь о поисках работы: необходимо устроиться, желательно, по специальности, но если не получится, то придётся выискивать что-то другое. Надо бы специфику посёлка этого понять, какие предприятия тут есть. Ему семью кормить теперь надо и не маленькую. Ещё бы контакт найти с семьёй этой.

Катя его просто ненавидит, открыто, дерзко показывая своё отношение. А Гоша ревнует… Вот его Александр понимал. Сам когда-то был в аналогичной ситуации, когда отец с матерью развелись и человек, которого маленький Саша боготворил, вдруг ушёл к чужой, посторонней тётке. Данилов помнил, как обвинял ту во всех бедах, ненавидел и убить был готов… Конечно, не убил, но в глаза ей всё высказал. Помнил, как она смеялась в ответ на все его обвинения, не воспринимая всерьёз одиннадцатилетнего пацана. А отец пожил с чужой женщиной с полгода да домой вернулся. Мать приняла, рада была. Любила она мужа, а Саша так и не простил, никогда, до самой смерти отца. Вот и Гоша считает мать предательницей, а его — чужаком, виновным во всём. Прав парень в том, что настоящего отца ни один отчим не заменит. Но заслужить уважение Гоши надо, просто необходимо. Да и не отболела у пацана ещё душа. Нелепо погиб отец, а теперь и мать тяжело заболела.