Ад, или Александр Данилов (СИ)

Она посмотрела на свой живот, потом перевела взгляд на разбившуюся фоторамку и растерялась. Весь её план летел в тартарары, и похоже, что она оставалась один на один со своей беременностью, с Даниловским ребёнком, без средств к существованию и без крыши над головой. К такому обороту она готова совсем не была.

— Пройдите, мама вас ждёт, — услышала она голос девушки. — Только постарайтесь её не волновать, хотя вы сюда именно за этим приехали.

— Как тебя звать? — сама не понимая зачем, спросила Соня.

— Данилова Екатерина Александровна, — с вызовом ответила девушка, глянула на разлетевшееся стекло на полу и произнесла: — Не беспокойтесь, я уберу.

Настроение у Сони совсем пропало. Разговаривать с женой Александра больше не хотелось, тем более её удивляло, что та так и не вышла из своей комнаты. Но отступать было некуда, и Соня направилась в спальню.

Войдя в дверь, она испытала шок. Та хрупкая счастливая женщина, которая на фотографии улыбалась Саше, оказалась прикована к постели, живыми казались только глаза.

— Здравствуй, Соня, — произнесла она. — Ведь ты Соня же, так? Извини, что на «ты», но мы с тобой в одной лодке. Это даже хорошо, что ты приехала, я познакомиться могу, увидеть, на кого Сашу оставлю. Я много слышала о тебе. Не удивляйся, у нас с Сашей нет секретов, да и не тот он человек, чтобы скрывать что-то. Мы много говорим, делимся тем, что пережили врозь. Вместе-то совсем немного были. Мне недолго осталось. Организм человека странно устроен.

Он борется, сопротивляется, пока в стрессе, пока есть за что. Я же успокоилась рядом с Сашей, расслабилась, теперь рада каждому дню, потому что он со мной. Раньше только за детей боялась, а с Сашей не боюсь — он их не бросит, достойных людей вырастит. А вот за него самого — страшно. Он молодой ещё, и хочется, чтобы та, кто с ним … — Она помолчала, отведя глаза, полные слёз. — Хочется, чтобы любила она его. Ты-то его любишь? Любишь, наверно, раз приехала. Он и ребёнка твоего примет, как своего полюбит. У Саши душа необыкновенная. Хотя тебе ли не знать, сколько лет ты с ним, сама знаешь.

А Соне захотелось уйти, сбежать. Может быть, это было трусостью, но оставаться возле постели жены Данилова она не хотела и не могла. Ей не хватало воздуха, и она, встав со стула, на котором сидела, попрощалась и выскочила из комнаты.

Остановилась в гостиной и ещё раз глянула на рамки с фотографиями. Голова кружилась, а в горле стоял ком.