Ад, или Александр Данилов (СИ)

До госпитализации к ней уже приезжали врачи, которые пытались купировать болевой синдром, но безуспешно. Данилов обратил внимание на вздутый живот пациентки. Она жаловалась на сильную тошноту, интенсивные позывы к испражнению без положительного эффекта, а ещё её вырвало прямо при нём. Он отметил и сильную слабость, и потливость, и повышение температуры тела. Собрать анамнез как следует не получалось, женщина заговаривалась, но заметив рубцы от прошлых операций, Данилов заподозрил спаечную болезнь, кишечную непроходимость и тромбоз брыжеечных вен.

Следующие три с половиной часа Александр провёл в операционной вместе с Володькой.

Вернувшись в ординаторскую, решил, что без кофе заполнить историю болезни никак не получится. Налил чашку, отпил немного и подошёл к окну, поглядеть на звёзды — что может быть романтичней после удачно проведённой операции, чем ночь, чашка кофе, тишина и звёзды на небе. Но не тут-то было, к приёмному подкатила машина скорой, а в дверь ординаторской ворвалась медсестра с сообщением, что к ним поступает раненный на всю голову с множественными осколочными ранениями.

Вот такая тавтология.

Тридцатидвухлетний детина, находящийся в глубоком алкогольном опьянении, был явным кандидатом на премию Дарвина. И он бы её, пожалуй, получил, если бы не попал в руки Данилова с Володькой, которые на себя ещё и травматолога вызвали, на дому дежурившего. Даже первичный осмотр и сбор анамнеза сопровождались уж очень ненормативной лексикой, которая и во время операции стала самым главным помощником хирургов.

А дело было так: детина, приняв на грудь, решил устроить фейерверк. Ну, от задумки до претворения идеи в жизнь ему понадобились сущие минуты. Металлическая банка у него была, порох тоже в хозяйстве присутствовал. Вот и насыпал наш мудила порох в банку, плотно её закупорил и бросил в костёр, чтоб взорвалось красиво, как у китайцев. Оно и взорвалось, только осколки банки попали в незадачливого взрывателя. Оторвали пару пальцев на правой руке, вошли в мягкие ткани рук, ног и лица, а самый крупный фрагмент пробил живот, разорвал в клочья мочевой пузырь и впился в тазовую кость. Из тазовой кости Данилов вытаскивал осколок при помощи пассатижей и отборного мата! Такого, что у молодого Володечки от слов наставника уши в трубочки сворачивались. Кишечник проверили тщательно, чтоб не дай Бог не пропустить перфорацию, но там всё оказалось целым. Мочевой пузырь латали втроём.