Адель и 40 оборотней (СИ)

 — А что с Олином?

Нико вздохнул, потер переносицу.

— Сложно сказать, Дел. Проблемы у него точно будут. Пока сложно сказать, насколько серьезные. Но он, вроде бы, взрослый мужик и должен был понимать, что делает.

— Из-за Галерта, — согласился Нико. — И из-за короны этой. Ее уже хотели видеть в Дорнохе, строили планы. Галерт успел доложить перед тем, как идти в пещеры. Косак поступил так, как считал правильным, когда вернул артефакт в гробницу, но он не маг и не мог знать наверняка, как поступать в такой ситуации.

— Но ведь… — мне так сразу сложно выразить это словами, но не сказать я не могу, — там в гробнице страж как-то воздействовал на нас магией. Заставляя подчиниться. Он даже на Галерта влиял, это точно. Ментальное воздействие. Если Олин действовал не сам, а так, как требовал страж? Я могу это подтвердить, если понадобится.

Нико нахмурился еще больше.

— Не стоит, Дел, — сказал он. — Лучше не лезь. Про стража и без тебя расскажут. Твое слово все равно тут не будет иметь большого веса.

Сердце вдруг ухнуло куда-то вниз…

— Это решил жребий, — сказала я шепотом.

— Косак сказал не так, — Нико серьезно смотрел на меня. — Сказал, это был сознательный выбор, он не отдал тебе короткую спичку, подыграл. Тебе ничего не будет, не бойся, никто добровольно не готов пожертвовать собственной жизнью. Но если ты влезешь, тебя замучают проверками.

Словно камень в животе, и все сжимается, и тянет, и так нехорошо.

Никто? Олин был готов сам, сразу, без колебаний…

— Зачем Олин это сказал?

Нико чуть заметно, кривовато ухмыльнулся.

— Решил сразу сказать всю правду, он такой… На самом деле, с ним все равно будут работать менталисты, и правды не скрыть. Так что правильно. Все воспоминания перетрясут. И если бы он соврал сейчас, то было бы хуже.

— И ничего нельзя сделать?

Нико качнул головой.

— Для тебя лучше всего — скорее уехать домой. Пока не подцепили и тебя тоже. Если вдруг придут и начнут что-то требовать, ты сразу звони мне, хорошо? Патрику, вон, звони. Я разберусь с ними. Ничего не бойся.

— Вон он, — Рута показала мне на одинокую фигуру у ручейка.

Олин. Подойти… Только сначала надо набраться сил, я… и я вдруг не знаю, что сказать.

Говорила с майором. Он очень сдержано и сухо рассказал мне, что я молодец, меня, скорее всего, наградят.