Привычно поднимет на руки и заберёт навсегда… У иллюзии короткая жизнь. Она тает, растворяясь с рассветом. Всю ночь подпитывая её радужными эмоциями, с восходом солнца оптимист сам решил сдаться. Отвернувшись от двери. Выпив кофе. И уже не ожидая ни прихода, ни даже звонка. Высокие шпильки. Ажурное черное платье, доходящее почти до колена. Смесь выходного наряда и повседневности. Красиво облегающее бедра. Подчеркивающее талию. Акцентирующее грудь и, скрывающее пуш—ап, придающий ей пару лишних размеров. Губы в нежно персиковый.
Почти телесный. Поднимаю волосы вверх, оголяя шею. Подвожу кошачьими стрелками глаза. Улыбаюсь своему отражению в зеркале. Какая там Анечка? Забудет всех кроме меня.
– Если появится, – поддакивает разум. – Знаешь же, он не воспринимает этот праздник. Восьмое марта – вот это да… А в феврале ты получала лишь цветы. Ежегодно. Хорошие. Любимые. Не спорю. Да только ни лишнего внимания, ни особых поздравлений. Как бы ни ждала. Опускаю саркастические нотки. Если появится, то я… А что я? Брошусь на шею при всех? Обещала отпустить, родной, да не смогла? Что я имею? Несколько ночных звонков за неделю.
Прогрессирующее с каждым днём количество смс. Ни о чём конкретном. Порой просто как напоминание о себе. Словно я б и так не ждала. Чёрт! А ведь всё пыталась смириться. Привыкнуть к формату. Секс – значит секс. Ничего лишнего. Только хоть немного уверенности – время и место выбираю я. Размечталась! Не способная перекрыть доступ эмоциям. Отделить их от процесса. Как бы ни было больно… Думать о том, что для большего уже не нужна.
Убираю приклеенную улыбку, замечая, как дребезжит тюбик с подводкой меж пальцев. Резко откидываю в сторону, словно без него дрожь в руках не видна. Зря я дала согласие Димке. Возможно напрасно простила и ту выходку. Повелась на слова, что он всего лишь хотел меня защитить. От чего? От возможности жить? Не в пустую просиживать дни в кабинете, рисуя на лице поддельную улыбку. Не желая покидать рабочее место. Порой, забирая и дочку из сада сюда. Зная, что дома будет всё как обычно.
Ежедневно. Всё как всегда. Напрягающая попытка родителей вытянуть из меня слова о моём состоянии. Будто не видно, что мне абсолютно нечего сказать. Что внутри, кроме истошного желания забыться и побыть одной, лишь гнетущая пустота. Сколько раз приходила мысль собрать чемодан и вернуться. В наш дом… Да представляла холодные ночи, оставаясь одна. Почему-то в картинке, что предстает перед глазами, они всегда слишком тоскливые и проходят без сна.
