Адюльтер

И тогда им пришлось делать выбор: либо исчезнуть с лица земли, либо терпеть колючки ближнего своего.

И рассудив мудро, дикобразы решили вновь сбиться в кучу. И постепенно притерпелись к мелким уколам, неизбежным при таком близком соседстве, осознав, что все-таки тепло, исходящее от соседа, – куда важнее. И выжили.

Дети поинтересовались, когда они смогут увидеть живого дикобраза.

– Они есть в зоопарке?

Не знаю.

– А что такое ледниковый период?

Это когда очень холодно.

– Как зимой?

Да, но только эта зима не кончается никогда.

– А почему они не вырвали свои иглы, прежде чем обняться?

О, боже мой. Мне надо было выбрать другую историю. Гашу свет и в виде колыбельной пою им народную песню, которую услышала в одной альпийской деревне. Вскоре оба уже спят.

Муж принес мне валиум. Прежде я всегда отказывалась принимать лекарства, боясь привыкания и зависимости, но чтобы завтра быть в форме, надо выспаться.

Проглатываю таблетку и проваливаюсь в глубокий сон. Мне ничего не снится и я не просыпаюсь посреди ночи.

* * *

Я прихожу раньше срока и, пройдя здание клуба, оказываюсь в саду. И, решив использовать этот прекрасный день по полной, добираюсь до самого края сада.

Грусть. Вот первое слово, которое приходит в голову с наступлением осени. Потому что знаю: лето кончилось, дни становятся все короче, и мы живем не в зачарованном краю дикобразов в ледниковом периоде – у нас никто не стерпит самый слабенький укол от другого.

Да, мы видим, как в других странах люди уже начинают умирать от переохлаждения, видим немыслимые пробки на дорогах и закрытые аэропорты.

Топятся камины, достаются из шкафов одеяла. Но это все происходит в выстроенном нами мире.

А в природе все чудесно – деревья, прежде неотличимые друг от друга, обретают неповторимость собственного облика и решают окрасить рощи в тысячу разных тонов и оттенков. Завершается некая часть жизненного цикла. Природа отдохнет и через какое-то время, весной воскреснет и ознаменует свое воскрешение цветами."

"И нет времени лучше осени, чтобы приступить к забыванию всего, что томит и тревожит.

Надо стрясти с себя тревоги и беспокойства, как деревья стряхивают с себя сухую листву, надо пойти потанцевать, использовать каждую частицу жаркого пока еще солнца, согреть тело и душу его лучами, пока оно не уснет, не превратится из светила в тусклый светильник.

* * *Я замечаю его издали. Он ищет меня в ресторане, высматривает на террасе и даже справляется у бармена. Бармен указывает в мою сторону.