Глава 4
Русский «гайд-парк», как я его называю, открыл свой очередной сезон в начале сентября. Уважаемая публика начала возвращаться из поместий, многие после тура по заграницам, потому и общественная жизнь столицы оживилась.
Надо заметить, что 1869 год и большая часть 1870, прошли достаточно спокойно. Нет, разного рода скандалов — как коррупционных, так и бытовых — хватало. Главное — страна не вела войн, и не было террористической вакханалии. Предпосылки для неё были, так как после смерти Муравьёва и последующей амнистии ряда революционных лидеров, появились новые проблемы.
Я до сих пор не могу понять мотивацию императора. Александр не только вернул из ссылки ряд откровенных врагов России, но и дозволил некоторым поселиться в столице. Жили бы эти упыри в своих имениях или какой-нибудь Сызрани, да и шут с ними. Но ведь мы — высокодуховное и гуманистическое государство.
Как и следовало ожидать, благодарность помилованных последовала незамедлительно. Они с ходу начали свою разрушающую деятельность, используя определённую оттепель, которая наступила после ухода Михаила Николаевича.
Конечно, власти спохватились и начали запрещать печатать в прессе весьма провокационные статьи и выступать разрушителям с лекциями, но было уже поздно. Недобитые нигилисты и социалисты сразу повылазили из своих нор. Будто грибы после дождя, в стране расплодились разного рода кружки и тайные общества."
"Вернуть ситуацию в здоровое русло помогла горячность революционеров. К этому их подтолкнули трагические события, произошедшие в Париже.
Наш не особо адекватный император, зачем-то поехал во Францию, хотя его долго отговаривали. Никакого смысла в переговорах с Наполеоном не было. Вот только нашему самодержцу захотелось посетить Всемирную выставку, а может — погулять спокойно с одной молодой княгиней по Парижу.
В результате, выстрел Березовского, который всё равно не поколебал желание Александра довести программу международного визита до конца. Зато в России это вызвало весьма неоднозначную реакцию.
Если высший свет и патриотические круги были в ярости, требуя наказать виновных, то часть общества придерживалась иного мнения. Узнав про неудачное покушение на царя в Париже, доморощенные революционеры решили довести дело до конца. То, что среди заговорщиков был человек жандармерии, они даже представить не могли. В итоге, шайку накрыли прямо при подготовке к нападению.
Но один попаданец решил, что этого мало, и сделал ход конём.
