Адлан

Сколько они так просидели, не знал ни Кирилл, ни Адлан, но первым в себя пришел Макаров.

Утихомирив бурю своих эмоций, он разорвал объятия и серьезно посмотрел на мужчину.

— Так ведь не бывает, да?

— Думаешь? — Адлан усмехнулся.

Он и сам долго не мог поверить, что потеряв друг друга таким образом, можно встретиться вот так — случайно, неожиданно и в чужой стране.

— Ты ждал меня? Хотел меня встретить или давно позабыл? — наверно, это был самый главный вопрос, который волновал Макарова.

Прошло больше года и многие бы на месте Адлана забыли.

Более того, многие бы не поняли и даже не поверили. А что же он?

— Смотри… — мужчина закатал рукав тонкого свитера и обнажил одно запястье.

— Ты не снимал его? — шепотом спросил Макаров. На руке возлюбленного красовался тонкий, изящный серебряный браслет, который он дарил ему в самом начале их отношений. Еще тогда, когда Адлан думал, что Кирилл — это Кира.

— Ни разу. Он всегда был на мне. Ты всегда был со мной. И всегда будешь, — только сейчас Османов осознавал это в полной мере.

Он ведь действительно не выбросил ни одной вещи, которая в его памяти связывала их, не удалил ни одной фотографии, не провел и дня, не вспомнив о своем любимом мальчике. Он ни разу не захотел вычеркнуть его из своей жизни, потому что Кирилл был лучшим.

— Я люблю тебя, — едва слышно произнес Макаров.

— Я знаю. Я тебя тоже.

Долгое отсутствие тепла любимого человека сказалось на обоих. После разговора и истерики Макарова, настало время любви.

Адлан так сильно истосковался по возлюбленному, что не контролировал себя, вколачивая худое тело в чужую кровать, а Кирилл так страстно извивался под ним, так жалобно стонал и просил больше, что остановиться казалось невозможным, это было превыше его сил.

Макарова хотелось облизать с ног до головы, его хотелось обласкать и затрахать до полусмерти, и Адлан не стал себя ни в чем сдерживать, тем более что сам Кирилл отвечал с такой охотой и рвением, которых не было даже в их первый раз.

Адлан в очередной раз пришел к выводу, что ни в его сердце, ни в постели, Кирилла никто и никогда не сможет заменить… Правда Макаров потом долго корил себя за то, что получилось так неудобно — кровать, которая претерпела все пытки их любви принадлежала Артему и Руслану. До самого вечера Макаров краснел и мялся.

Вообще, у Адлана появилось стойкое ощущение, что парень отвык от него и снова начал стесняться, как было в самом начале их отношений.