Адора

Феодоре действительно нравился Мануил, и когда она получила письмо от императора Иоанна, то, не раздумывая, решилась помочь принцу. Для этого ей пришлось потратить немало красноречия и энергии. Сначала Мурад даже и слышать не хотел о помиловании бунтовщика, но потом она сумела убедить его.

На следующий день после приезда Мануила к Мураду в комнату вошла Тамара. Мурад вопросительно посмотрел на нее.

— Что случилось, Тамара? — спросил он.

— Твой старший сын, Баязет, женился на Зюбейде, твой племянник Мануил — на Юлии, но ты забыл, что у тебя есть еще один сын — Якуб, или ты покровительствуешь лишь детям Феодоры?

Взгляд Мурада стал жестким.

Он не любил Тамару и хотя пытался относиться к ней доброжелательно, но она сама постоянно обостряла их отношения.

— Якуб — мой младший сын, его участь будет решена после его старших братьев. И не вздумай подговаривать его бороться с ними.

— Потому что я постоянно думаю о моих убитых сыновьях. Я сам был младшим сыном султана, хотя я был его любимым сыном. А Якуб, по-моему, только и ждет моей смерти.

Помни, если Якуб станет бороться со своим братом, то он умрет! Я не выберу его своим наследником ни при каких обстоятельствах!

— Что ты сказал? — Голос Тамары опустился до нервного шепота.

— Право султана выбирать себе наследника по своему усмотрению, — ответил Мурад, не повышая голоса.

— А вдруг у тебя не останется больше сыновей, кроме Якуба, вдруг Баязет погибнет в какой-нибудь битве?

— Если бы мой младший брат Халил встал между мной и троном, я бы убил его.

Сейчас я не стал бы мешать Баязету расправиться со своими соперниками, — как бы не слыша вопроса, сказал Мурад.

— Что?! Ты не стал бы мешать убийству своего родного сына?

— Да! Ты — христианка, Тамара, и никак не можешь понять, что я — мусульманин, и у меня другая философия жизни. Я не знаю, может быть, ты стараешься для своего отца или еще для какого-нибудь европейского короля, ведь им было бы так приятно устроить в моем государстве поножовщину и междоусобную войну! Прошу тебя, не заводи больше разговоров на эту тему.

Когда придет время, я женю и Я куба.

— Я знаю, почему ты не убил Халила! — в бешенстве воскликнула Тамара. — Потому, что он не сын султана Орхана, а твой сын!

Сначала он хотел ударить ее, но сдержался и лишь тихо сказал:

— Ты сама знаешь, что говоришь ерунду, Тамара. Халил — сын Орхана, Феодора была верной женой моему отцу, хоть и не была с ним счастлива.

— Никто не виноват, что мое сердце занято Феодорой.