Чтобы поддержать бодрость духа друга, Лев добавил, что оба преступления наверняка взаимосвязаны, поэтому шанс найти убийц Челнокова значительно вырос, по сравнению с утренней ситуацией. Генерала его рассказ немного успокоил.
– Это не значит, что от тебя отчета не требуется, – проворчал он и отключился.
Садясь в машину, Гуров мысленно анализировал ситуацию. Разговор с генералом дал дополнительную пищу для размышлений. Кто-то из троих подозреваемых явно имел отношение к убийству журналиста. Иначе какой смысл задействовать свои связи и пытаться оказать давление на ход расследования? Теоретически у всех троих было достаточно связей и влияния, чтобы провернуть такой фокус, и все же Лев считал, что Морозова и Григорян имели больше рычагов для давления на Орлова.
Актер в эту схему как-то вообще не вписывался. Ни своей реакцией на смерть журналиста, ни озвученными планами на ближайшее время Ермаков не давал повода думать о том, что его хоть в какой-то степени волнует ход расследования. Зачем человеку, собиравшемуся радостно «обмыть» смерть своего врага, убеждать замминистра поставить сыщика на место?.
. Впрочем, может быть, актер просто лишнего выпил, и его занесло.
Гуров вновь попытался понять, что же он мог упустить? Уверенность в том, что ответ на все вопросы лежит на поверхности, не давала ему покоя. Немного поколебавшись, он решил вернуться в Главк и пересмотреть все записи Челнокова. И тут снова зазвонил телефон. Номер был незнакомый. Такие звонки случались нечасто, поскольку узнать номер телефона сыщика посторонний человек даже теоретически не мог.
Секунду поколебавшись, Лев решил ответить на звонок.
– Лев Иванович? Золотарев вас беспокоит, – послышался в трубке уверенный голос. – Нужно объяснять, кто я такой?
Объяснять не требовалось. Анатолий Золотарев был одним из лидеров оппозиционной партии. Персона одиозная и известная всей стране. Гуров усмехнулся, заранее представляя, что сейчас начнет говорить этот политик. Как он узнал его номер телефона, и без объяснений было понятно – Золотарев в высших кругах власти вращался не один год и за это время оброс связями в достаточном количестве.
– Слушаю вас, Анатолий Сергеевич, – ответил Лев."
"– Ты чего, Лев Иванович, ерунду всякую придумываешь? – в обычной резковатой манере спросил Золотарев. – Какое, на хрен, заказное убийство? Заняться больше нечем?
– А вас расследование каким боком касается? К тому же такой поворот событий радовать вас, по идее, должен.
