Значит, связи политика следует проверить, чтобы выяснить, были ли у него контакты с тремя подозреваемыми и в насколько тесных отношениях они находятся.
Казалось, что у Морозовой и Григоряна было больше возможностей, чтобы завести дружбу с политиком. Актер в эту компанию как-то не очень вписывался. Как ни пытался Гуров привязать его к заказному убийству журналиста, в любой из цепочек событий Ермаков оказывался лишним. Ни его образ жизни, ни его отношение к мнению общественности не давали повода думать, что за оскорбление актер мог бы убить.
Если только у Челнокова не было каких-то документов, способных «похоронить» карьеру и бизнес Ермакова. В этом случае актер идеально вписывался в сложившуюся картину. Умом он явно не блистал, а все, что происходило в этом деле, явно говорило о недальновидности заказчика. И само убийство журналиста не выглядело работой профессионала, и инсценировка ограбления явно не удалась по всем статьям. Да и глупый обыск в доме Челнокова явно не выказывал большого ума организатора преступления.
Если только тот не был доведен до отчаяния. Вот только Ермаков отчаявшимся не выглядел. Впрочем, на то он и актер, чтобы уметь скрывать свои эмоции!
Прерывая размышления Гурова, телефон зазвонил вновь, и опять номер оказался неизвестным. Несколько секунд Лев удивленно смотрел на трубку, раздумывая, кто на этот раз пробует вмешаться в ход расследования – политик, бизнесмен, чиновник или очередной полицейский генерал, а затем решил не ломать голову и ответил на звонок.
Голос в трубке он узнал сразу. Это был Евсеев Иосиф Владимирович по кличке Вождь, бизнесмен и вор в законе, которого сыщику ни разу не удавалось прижать как следует. Евсеев вел дела очень осторожно, и привязать его к какому-нибудь значительному преступлению казалось просто невозможным.
– Здравствуй, Лев Иванович, – чуть хрипловатым голосом проговорил звонивший. – Узнал старика?
– Не такой уж ты старик, Иосиф Владимирович, каким пытаешься казаться, – с легкой усмешкой ответил Гуров.
– Ты никак на пенсию захотел? От дел решил отойти и прийти ко мне с повинной?
– На пенсию хочется очень, но некому дела передавать, – в тон ему ответил Евсеев. – К тому же в будущем году еще двух внуков в Англию на учебу отправлять, а по нынешним временам это дело затратное!"
"– Ну, уж мне о своей тяжкой доле можешь не рассказывать, – прервал его Лев. – Тебе от меня что потребовалось?
– А что, до меня кто-то с просьбами обращался? – поинтересовался авторитет.
