Адвокат дьявола

Ее кулинарные способности, которыми она прежде так гордилась, бесследно исчезли. Теперь она была слишком занята, чтобы уделять время кухне. Стоило Кевину поинтересоваться, чем это она так занята, что даже не успевает готовить, она тут же неистово начинала перечислять: аэробика, шоппинг, концерты и выставки, обед – каждый день в новом бистро – надо же все перепробовать, чтобы узнать, где лучше, и теперь к этому плотному графику добавились еще и занятия по вокалу. Такой же распорядок дня был у всех ее соседок, за исключением, разумеется, Хелен.

Он редко заставал ее дома, когда звонил с работы, и обычно выслушивал ее голос на автоответчике. Зачем ей понадобился автоответчик? – недоумевал он. Тем более она никогда не отвечала на оставленные им сообщения, как и на сообщения старых подруг с Айленда – и даже своих и его родителей. Потом они перезванивали еще раз поздно вечером и сетовали на то, что о них совершенно забыли, и, когда он как-то заговорил с ней об этом, Мириам просто рассмеялась и сказала что-то вроде: ""Ах, я так занята в последние дни.

Но я скоро научусь все успевать"".

На всякий его упрек у нее заранее был готов ответ: ""Но ты ведь сам захотел, чтобы мы жили здесь, разве не так, Кевин? И теперь, когда у нас появились новые дела, мы все время заняты, на что ты жалуешься? Или ты сам не знаешь, чего хочешь?""

Тогда он стал задавать вопросы самому себе. Все чаще, возвращаясь в пустую квартиру, когда Мириам пропадала где-то, увлеченная очередной бурной деятельностью, он наливал себе виски с содовой и выходил смотреть на Гудзон.

А не сбежали ли они от своего счастья, уехав с Айленда? – задумывался он. И что ждет их, когда они наконец обзаведутся детьми? Во что превратится их жизнь тогда? Мириам уже вела разговоры насчет переезда в более просторную квартиру, предполагая нанять для их первенца круглосуточную няньку и, возможно, кормилицу, чтобы не терять форму груди.

– Норма и Джин тоже собираются так сделать, – с жаром рассказывала она ему. – В наше время дети не должны препятствовать родителям жить полноценной жизнью.

– Но ты же всегда отвергала эту идею, – напомнил он ей. – Помнишь, как ты упрекала Розенблаттов именно за то, что они обособились от собственных детей? Те чуть не на прием вынуждены были записываться, чтобы увидеть собственных родителей.

– У них было совсем другое дело. Филлис Розенблатт, она же... скучная серая личность. Неспособная почувствовать разницу между Джексоном Поллоком и куском обоев.