Адвокат. Судья. Вор

Чернов ухмыльнулся, однако наручники снял с Сергея и пошел по коридору, покручивая их на указательном пальце.

Челищев повернулся к Маркову и начал растирать запястья:

– Да, Степа, меняются времена. Рассказал бы кто такое мне четыре месяца назад – в лицо бы плюнул…

– Я бы тоже плюнул в глаза тому, кто сказал бы мне, что мы с тобой по разные стороны баррикад окажемся, – усталым голосом сказал Марков. Челищев усмехнулся:

– Опять ты про свои баррикады… Пусть тебя утешит то, что на одной баррикаде с тобой такие вот… попугаи.

 – И Сергей кивнул вслед уходящему Чернову. – Он-то что здесь делает?

– Перевели к нам два месяца назад. Усилили, так сказать, – машинально ответил Марков и тут же оборвал себя: – Ладно, хватит лирики, пойдем, напишешь объяснительную и гуляй, куда хочешь.

– Объяснительную? – удивился Сергей. – О чем, Степа? Ты не перегрелся ли? О том, что я был в ресторане? Может, это ты мне объяснительную напишешь, на каком основании вы меня сюда приволокли?

Марков промолчал, а потом его вдруг прорвало:

– Серега, очнись, что ты делаешь, с кем ты? Ты ведь толковый мужик…

– Ты лучше посмотри, с кем ты, Степа!

Марков и Челищев яростно смотрели друг на друга и тяжело дышали, но говорили вполголоса, потому что вокруг были люди.

Степан выдохнул в лицо Челищеву:

– Я на державу работаю, и если хотя бы парочку таких уродов, как Званцев, на лесоповал отправлю – значит, не зря землю топчу!

– Да кого тебе дадут отправить, Степа? Ты что, слепой? И, кстати, на каком основании вы задержали моего клиента Званцева?

– На основании предъявленного ему обвинения по новому эпизоду той же сто сорок восьмой! Мы теперь тоже грамотные стали – пару эпизодов всегда в загашнике держим! Вы своих братков вытащите за бабки, а мы их опять туда!.

. И до босса твоего доберемся, так и передай ему.

– А я тебе не курьер, чтобы передавать. Отмечай мне пропуск, Степа, и не дури. Я уже два с половиной часа как задержанный… Не нарывайся на неприятности! Я все же адвокат…

– Ну-ну, иди, Робин Гуд херов!.. Только я тебе на прощание одну вещь скажу, чтобы ты так не радовался.

Помнишь, ты просил меня о Михаиле Касатонове справки навести? О пареньке, которого взяли по делу твоих родителей? Так вот – он состоял в группировке твоего Званцева, конкретно – под Винтом ходил.

– Врешь! – Челищев, забывшись, схватил Маркова за грудки, но тот с силой отбросил его руки. – Я тебе не верю, Степа, ты это специально так говоришь, от злости!

– Верить или не верить – это ваше право, господин Челищев.