Адвокат. Судья. Вор

Он попробовал дозвониться Степе Маркову, но того не оказалось на месте. Тогда Обнорский решил плюнуть на гордость и набрал телефон Кудасова. К сожалению, звонил он уже после того, как Марков поделился с Никитой Никитичем своими сомнениями относительно Серегина. Поэтому Кудасов отреагировал на звонок Андрея более чем холодно и предложение встретиться и поговорить на серьезную тему отклонил.

– Как-нибудь в другой раз, – сухо сказал Обнорскому Никита Никитич. – У меня сейчас очень много работы.

Андрей едва не заорал от досады. Но он уже готов был плюнуть на все свои амбиции и даже начал снова набирать номер Кудасова, чтобы сказать ему прямым текстом: у меня, мол, убойная информация, и если ты не захочешь со мной встречаться, то сам потом локти свои искусаешь, да поздно уже будет…

Телефон Кудасова оказался занятым.

Слушая короткие гудки в трубке, Обнорский матерился вслух не стесняясь, поскольку, кроме него, никого в квартире не было. Андрей все равно дозвонился бы до Никиты Никитича, если бы в его похмельных мозгах не родилась другая «удачная» мысль – связаться с Женькой Кондрашовым, тот как раз оставил номер своего радиотелефона для экстренных ситуаций. А сейчас ситуация – экстреннее бывает, конечно, но лучше не надо… и хрен с ним, с Никитой, в конце концов, можно с Женькой все перетереть, глядишь, у него какая-нибудь идея появится… Кондрашову, несмотря ни на что, Обнорский верил почти как себе и знал, что Женька никогда его не сдаст и не подставит. Может быть, впишется и не во всякую запутку, но, по крайней мере, никогда не сдаст. А это уже много по нынешним-то временам…

В общем, позвонил Серегин на радиотелефон Кондрашову и, услышав Женькин голос, сразу сказал главное:

– Старый, это Андрей, у меня проблемы. Нужно срочно встретиться и поговорить. Долго поговорить. Пару часов минимум.