Адвокат. Судья. Вор

Корреспондент рассказывал об очередном заседании депутатов горсовета. Крупным планом показывали стоящего на трибуне Мариинки человека, которого Сергей видел у Гаспаряна.

«…депутат Валерий Глазанов обратил внимание на недостаточное финансирование правоохранительных структур Петербурга. При неуклонном росте преступности в городе и по всей стране его выступление можно считать весьма актуальным напоминанием простой истины, что прежде чем требовать чего-то от нашей милиции и прокуратуры, следует обеспечить условия для их нормальной работы…»

Точно! Валерий Глазанов, депутат Петросовета, комиссия по правоохранительным органам! Страстный трибун, борец с коррупцией и организованной преступностью… Сергей вспомнил тон, которым Гаспарян разговаривал с Глазановым.

Ну и ну… Хотя чему, собственно, удивляться? Как правило, громче всех «Держи вора!» кричит сам вор…

Сергей закурил. Облегчение, которое наступает после того как вспомнишь то, что долго мучило подсознание, не наступало.

Что-то еще было связано с Глазановым, где-то еще Сергей его видел… Но сколько ни напрягал Челищев свою память – она молчала… Сигарета догорела в пепельнице, и пришел глубокий сон.

Утром Сергей решил привести себя в нормальную физическую форму. Получасовая зарядка заставила его взмокнуть, как испуганную мышку. «Да, запустил ты себя, дядя Сережа… Жирком оброс, дыхалки никакой…» Тело было рыхловатым и плохо слушалось команд, посылаемых мозгом. Оно словно мстило Челищеву за небрежение к себе.

«Ничего. Потихонечку, полегонечку… Диетка, зарядка. Пьянству – бой, опять-таки…» – утешал себя Сергей, принимая душ.

Вода приносила ощущение свежести и очищения.

Весь день он проездил с Доктором по мелким текущим стрелкам, усердно выполняя наказ Антибиотика: «Тебе, Сережа, сейчас нужно себя показать, чтобы братва не думала плохо… Пацаны, между прочим, работали, пока ты в бухалово опускался».

Вот Сергей и пахал, и к концу дня вместе с усталостью удивленно почувствовал удовлетворение, как от хорошо сделанной работы.

Хотя что тут удивительного, бандитский хлеб – он только со стороны легкий. Возвращаясь домой, он вновь заметил у себя «на хвосте» машину. На этот раз это была серая «восьмерка».

«Что за черт… Мерещится мне, что ли?!» Еще три светофора – «восьмерка» не отставала. Нарушая правила, Челищев сначала рванул вперед со скоростью под сто километров, а потом резко, с визгом покрышек развернул машину.