Адвокат. Судья. Вор

– Знаете, Лидия Александровна, мне даже кажется, что про Лебедеву я услышал от кого-то из сотрудников милиции… У меня знакомых оперов много, мы часто общаемся…

– К кругу ваших знакомых мы еще вернемся. – Поспелова поправила тугой узел волос на затылке и еле заметно устало вздохнула. – С кем еще вы успели повстречаться в рамках работы над выбранной вами темой?

– Ни с кем. Я ведь говорил, что только начал работу.

– Так, – сказала Лидия Александровна и взяла ручку. – Если я все правильно поняла, официального задания на эту тему в редакции вы ни от кого не получали, человека, рекомендовавшего Лебедеву как консультанта, вспомнить не можете, ни с кем другим по теме подпольной торговли антиквариатом не общались… Так и запишем?

– Пишите, конечно… Я только не понимаю, почему все это вызывает у вас удивление… Это обычная практика журналистской работы.

Если вы читали мои материалы…

– Я читала ваши статьи. Сейчас не о них речь. Во сколько вы подъехали к дому Лебедевой пятого ноября?

Андрей потер пальцем лоб:

– Мы договорились встретиться в восемь вечера, собирались посидеть где-нибудь в кафе, побеседовать… Я подъехал минут за пять-десять, покурил, посидел в машине… Ирина Сергеевна не выходила.

Я сначала думал, что она просто опаздывает, как все красивые женщины… Потом не выдержал, вошел в подъезд, там замок кодовый, я комбинацию не знал, мне какая-то старушка дверь открыла… Поднялся к квартире Лебедевой, несколько раз звонил… Дверь никто не открыл. Я спустился вниз и уехал. Решил, что либо она не хочет со мной встречаться, либо у нее возникли какие-то срочные дела…

Поспелова быстро записывала за Обнорским, потом отложила ручку, переплела пальцы рук.

– Ну а до того, как подъехали на Рылеева, где вы находились?

– Сначала в редакции сидел – в библиотеке… Потом поехал в город…

– Так… покататься решил…

Он вспомнил, как в тот день к нему прилип «хвост», который он с большим трудом сумел сбросить… Тогда он не придал этому обстоятельству значения, но теперь… Следачке, конечно, про ту «шестерку» рассказывать нельзя – не поверит, решит, что журналист небылицы плетет… Она и так-то ему не очень верит, судя по всему… И все-таки что происходит? Неужели они хотят повесить на него убийство? Чушь какая-то…

– Я вас правильно поняла: перед тем как поехать к Лебедевой, вы катались по городу?

– А это что – запрещено?

– Я разве говорила, что запрещено? У меня к вам еще вопрос.

 – Лидия Александровна ногтем перевернула страницу своего блокнота.