Двигались они едва ли чуть быстрее чем идущий человек, не сказать, чтобы стремительно. Но — им хватало. При движении выделалась и ощущалась мной энергия. Второй уровень, которого я достиг благодаря совету Филина позволял мне незримо, а значит и игнорируя видимые препятствия — ощущать творимую магию.
Как говорил наш физик в школе — всё во вселенной это поля и материи, вещества и энергии, вопрос только в форме и структуре.
Короче, если физика работает, магия, по сути, тоже энергия, просто некоторые люди благодаря покровительству своим «предков», благодаря тренировкам, науке и артефактам — могли её управлять.
Сейчас, например, я буквально сквозь землю чувствовал что черви раздвигают землю вокруг себя при помощи творимой магии и «плывут» в толще грунта, хотя и не могут преодолеть камни.
Зато, это подлые твари разделились и стали огибать мой спасительный острок.
Покрутив головой, я с неудовольствием обнаружил между камней растерзанную, причем явно не червями, а стервятниками тушу какого-то местного козла.
Выходит, кто-то уже прятался от червей в камнях, но в конечному итоге это ему не помогло.
Ладно, то, что они разделились и оплывают мою льдину — это хорошо.
Иллюзия.
Я сотворил иллюзию пса, просто потому что он у меня лучше всего получался.
Сеттер побежал, а я вскинул и упер прикладом в плечо ружье. Червь, тот который был ближе, явно почуствовал пса. Не похоже чтобы они ориентировались на вибрацию, собака была иллюзорной. Скорее уж на магические эманации. А ещё черви были тупыми.
Монстр выстрелил из земли, прицельно, чтобы схватить пса снизу за живот, а я выстрелил в том момент, когда червяк показался из земли на максимальную высоту.
Бил, как и в прошлый раз — дуплетом.
Червь упал и задергался в конвульсиях.
Убрал и снова сотворил иллюзия и перезарядился.
Второй червь атаковал немедленно, как только «дополз», причем тот факт, что его собрат тут же корчится в предсмертных судорогах, его не смутил.
Бах! Бах! Горячие гильзы летят в карман, звеня о помещённые там же макры, в ствол уходят новая пара цилиндров.
Патронов изначально было шестьдесят шесть. Один ушёл на креветку, парочка на прыщавую пуму, уже шесть — на червяков. Сорок семь в остатке.
Пока существа, которые хотели в моем лице — поближе познакомится с особенностями человечины как гастрономического изыска, дёргались в конвульсиях, я осторожно систематизировал патроны, переложил по нижнему краю заряженные, свержу воткнул пустые гильзы, чтобы не болтались без дела в кармане.
