Адвокатская этика (СИ)

— Андрей, — поднялась я со стула и подошла к нему. - Я прошу тебя, возьми дело Лизы.

— Она же не пошла в полицию? - тут же предугадал он. Я кивнула. - И не пойдёт, да?

— Не всё так просто... Но ты прав, она не пойдёт. Она боится.

— Ты застала меня врасплох, Ярцева, - сказал как на духу.

— Знаю. Но, пожалуйста, не отказывайся.

‘Он уставился в окно, игнорируя мою просьбу.

— Андрей, - прошептала безнадёжно.

— АН... Ладно, прости. Я пойду.

В приёмной я подошла к вешалке, где висело моё пальто.

Он стоял позади меня, держал пальто за лацканы, по-джентельменски предлагал помочь. Кивнул, подгоняя меня. Я просунула руки в рукава и тихо, вежливо поблагодарила. Поправила волосы, хотела уже покинуть навсегда этот офис, но самая последняя, самая звенящая и бестолковая надежда заставила меня задержаться.

Обернулась. Впилась в тёмные глаза Гордина умоляющим взглядом и прошептала:

— Обещай подумать.

Гордин не уводил взгляд, смотрел в упор, но всё же смягчился и шумно, устало выдохнул.

— Хорошо, - обнадёжил меня, и я почувствовала невероятное облегчение. - Я подумаю. Дам ответ через день или два.

На сегодня уже не было дел, но в офисе я задержался. Мерил кабинет шагами, пытался сконцентрироваться. Руки, спрятанные в карманы, превратились в кулаки. Я не понимал, как реагировать, что думать.

Ярцева определённо выбила меня из равновесия, полностью перевернула сегодняшний день.

Контроль. Я владел им превосходно, ловко выключал все эмоции, чувства, оставляя голову холодной, а разум - чистым. Никакой мусор не впускал.

Контроль. Я владел им превосходно. Но... не сейчас.

Подошёл к окну, опустил глаза на пустое парковочное место, где ещё недавно стояла машина

Ярцевой. Я смотрел, как она в неё садилась, как осторожно подняла голову, надеясь увидеть меня и прочитать мои мысли по взгляду, по мимике.

Это было полчаса назад, а у меня до сих пор перед глазами стоит её фантом.

Ярцева, Ярцева... Женщина-загадка. Я всегда поражался, почему она такая? Её не сбить с ног, не задеть, а я в этом деле мастер. Умел изощрённо кольнуть в самый нерв, залезть едким словом под ребра и выкрутить внутренности. Ничто её не брало. Ничто. Никогда.