Афанасий Никитин и легенда о четырех колдунах

— А ты приглянулся этой громиле, — сказала вдруг Ирина.

— Что?! — нахмурился Афанасий.

— Я об этой красотке весом в десять тонн.

— Советую переменить тему.

— Никогда в жизни еще не было так страшно, — признался мальчик.

Наконец они обнаружили первую запертую дверь.

Афанасий вытащил из кармана связку ключей и начал подбирать нужный. В этот момент в коридоре послышались громкие голоса.

Ирина испуганно замерла. Афанасий втолкнул ее за ближайшую штору и сам нырнул следом. Они прижались к стене и затихли.

Голоса принадлежали Фокуснику и Стилету.

С ними беседовали Манкуртов и какая-то женщина с неприятным визгливым голосом.

— Может, вам не стоит выставлять фрагмент на торги? — говорил Фокусник. — Мы заплатим вам сейчас, и дело с концом.

— Нет, так не пойдет! — возразил Манкуртов. — Почему я должен давать вам преимущество?

— Мы дадим большую сумму, — сказал Стилет.

— А вдруг кто-то другой предложит больше? Нет, господа.

— А о каком фрагменте речь? — спросила женщина. — Чем он так ценен?!

— Не твое дело, Мурена, — сказал Фокусник.

 — Это наши личные проблемы.

— Но я хочу знать! — воскликнула Мурена.

Афанасий выглянул из-за шторы и узнал толстушку в облезлой горжетке и с бластером.

— Может, он и мне пригодится.

— Что тут за разговорчики?! — В коридор вышел еще какой-то тип.

— И Батон пожаловал, — раздраженно бросил Стилет.

— Сговариваетесь о чем-то с этой каргой? — подозрительно спросил Батон.

— Это я Карга?! — завопила Мурена. — Да я вас всех сейчас перестреляю.

— Нет, — повысил голос Манкуртов.

 — Я понимаю, что вы все друг друга ненавидите, но в моем доме никаких разборок. За воротами можете разорвать друг дружку на куски, но здесь должен быть порядок. Я ясно выражаюсь?!

— Ясно, — одновременно буркнули Мурена и Батон.

— Но пусть и циркачи ведут себя тихо, — добавила Мурена. — Если этот шарлатан, — она кивнула на Фокусника, — захочет меня обставить на торгах, я наплюю на все запреты и отстрелю ему оба уха. Может, лишившись ушей, он научится показывать по-настоящему хорошие фокусы.

— Это сарказм? — скривился Фокусник.

— Это презрение, — ответила Мурена.

— Возвращайтесь в зал, господа, торги скоро начнутся, — нетерпеливо сказал Манкуртов.

— Но можно мы хотя бы взглянем на него? — спросил Стилет.

— Это невозможно. Все экспонаты уже перенесены в главный зал, где будет проводиться аукцион.

— Глупо, Карл, — сказал Фокусник. — Вы упускаете отличную возможность.

— Я никому не дам поблажки. Кто заплатит больше, тот и заберет фрагмент.