Афанасий Никитин и легенда о четырех колдунах

Видел бы ты, какие там пляжи. А аквапарк. А клубы. Все располагается под большим прозрачным конусом, но ты этого совершенно не замечаешь. Там даже загорать можно. Я не успевал фотографировать. Надо будет показать снимки Анастасии. Она оценит…

Он вдруг повел носом и нахмурился.

— Какой болван тут курил?! — негодующе воскликнул Кеша. — Неужели нельзя выйти на улицу?!

Курил?! Афанасий принюхался.

Теперь и он различил слабый аромат табачного дыма. Мальчик сразу вспомнил о бритоголовом.

Дверь кабинета Анастасии оказалась распахнутой настежь, изнутри доносились приглушенные голоса.

Афанасий и Кеша так и замерли на пороге.

Толстяк с сигарой и татуировкой на лысине, казалось, занимал половину пространства кабинета. Лже-Анастасия как раз захлопнула крышку старенького серебристого ноутбука, стоявшего на рабочем столе мамы. Мальчик сразу узнал его, ведь Анастасия редко расставалась со своим компьютером. Удивительно, что она не захватила его в Казахстан.

— Вот то, что вам нужно, — сказала она.

И застыла, увидев Кешу с Афанасием.

Толстяк недоуменно на нее посмотрел, затем медленно развернулся и громко хмыкнул, заметив пришельцев. Толстая сигара перекочевала из одного уголка рта в другой. Он сунул ноутбук под пиджак.

— А ты что здесь делаешь?! — потрясенно воскликнул Кеша, уставившись на женщину.

Самозванка переменилась в лице.

— Иннокентий?! — испуганно выдохнула она.

Афанасий переводил удивленный взгляд с Кеши на самозванку и обратно. Женщина быстро справилась с потрясением и нервно передернула плечами.

— И где Анастасия?! — спросил Кеша.

Толстяк ухмыльнулся.

— А это кто?! — гулко расхохотался он, кивнув на самозванку.

— Тебя вообще не спрашивают, здоровяк, — бросил ему Кеша. Он хмуро взглянул на Афанасия. — Ты прав, Афанас, это не твоя мама.

— Знакомься, это твоя тетка Марьяна.

Марьяна злобно прищурилась.

— Тетка?! — изумился Афанасий.

— Когда тебя усынови… — Кеша осекся и тут же поправился, — когда ты появился в нашей семье, не все родственники одобрили решение твоей матери. И Марьяна в том числе. С тех пор они с Анастасией даже не общались.

— А с какой стати я должна ее одобрять?! — осведомилась Марьяна. — Дети. — Она презрительно фыркнула. — Это ж надо, так испортить себе жизнь.

— Хватит, — прикрикнул на нее Кеша.