На следующий день нотариус оформил договор беспроцентного внутреннего займа, согласно которому все имеющиеся средства фирмы переводились на личные счета Ми и Сергея в восточноевропейском отделении банка ДТСН. Вечером этого же дня Джо принес Сергею новые документы.
– Запоминай: ты – гражданин Социалистической Республики Вьетнам Козлов Семен Валерьевич. По паспорту ты на год старше, число, месяц рождения оставили прежними.
– Имя другое придумать не могли? – расстроился Сергей. – А фамилия? Сделали бы Белкиным или Крокодиловым, а то был Козлом и им остался.
– В этом вся суть! – пояснил Джо. – В первое время ты можешь начать путаться в новых анкетных данных в экстремальной ситуации. Для того чтобы ты мог легко вспомнить, что у тебя написано в паспорте, фамилия и имя должны быть созвучны прежним фамилии и имени. Сергей – Семен, Владимирович – Валерьевич. С другой стороны, Козлов и Козодоев – совершенно разные фамилии. Если тебя будут искать по базам Интерпола, то ЭВМ не сможет идентифицировать Семена Козлова как Сергея Козодоева.
Дату рождения мы не стали менять, чтобы ты не забыл, когда тебе подарки от друзей принимать.
– Джо, откуда ты все знаешь? Ты, часом, не разведчик?
– Боже упаси! Если бы мне предложили пойти в разведку, я бы отказался. Представь: каждый день на нервах, каждую минуту ждешь разоблачения и ареста. На фига такая жизнь? Одно неосторожное слово – и тебя упрячут за решетку лет на двадцать пять или расстреляют, чтобы другим шпионам жизнь медом не казалась.
– Паспорт проверку выдержит?
– Паспорт настоящий, выдан в консульском отделе в установленном порядке.
Ты обратился за получением гражданства, наше правительство пошло навстречу. Об остальном завтра поговорим.
На следующий день Сергей убедился, что Джо не так прост, как хочет казаться. По плану нотариус должен был оформить договор займа между Сергеем Козодоевым и Семеном Козловым. Увидев два паспорта с одной фотографией, нотариус встал в позу:
– Я на такое нарушение закона не пойду! Это мошенничество, подделка!
Джо не стал спорить, попросил подождать минутку и вышел из кабинета.
Вернулся он с «человеком из стали», как мысленно назвал того Козодоев. Незнакомцу было лет пятьдесят, гражданский пиджак сидел на нем, как седло на корове, чувствовалось, что мужчине не хватает погон на плечах и орденской колодки на груди. Лицо бывшего офицера было словно высечено из металла, выдающийся вперед квадратный подбородок выдавал в нем человека властного и жесткого.
