У меня просто много работы, я за временем не слежу…
Работа, значит? Стало быть, Владимир работает дома, либо занимается фрилансом, либо чем-то подобным. Все-таки интересно, кто это – «бесцветный» или «рокер-математик»? Судя по голосу, измененному телефоном, он старше по возрасту, чем «бесцветный», а следовательно, является тем самым ненормальным, который орал на церемонии. Я-то думала, что он математику в университете преподает, а в молодости играл в какой-нибудь группе тяжелую музыку, однако, по всей видимости, я ошибалась.
Я поднялась на лифте на нужный этаж, вошла в дверь открытой квартиры. Никто не встречал меня на пороге – я услышала голос, доносящийся из какой-то комнаты:
– Проходите, мне тут надо кое-что доделать.
– Да-да, я подожду, не торопитесь! – заверила я хозяина квартира и, сняв куртку, огляделась по сторонам.
Квартира, в которой проживал Тирецкий, явно была однокомнатной – это сразу было понятно при взгляде на узкий, тесный коридор, ведущий прямиком на кухню. Другую комнату я не видела, но, судя по всему, ее Владимир использует одновременно как спальню и как рабочий кабинет.
Наверняка там находится ноутбук (сейчас все фрилансеры работают за компьютером, исключение составляют лишь мамаши в декрете, которые занимаются на заказ рукоделием. Но представить Тирецкого за вязанием шарфиков и пинеток я себе не могла). Я заглянула на кухню: там стояли лишь компактный стол да газовая плита с раковиной, возле стола – два табурета. Больше ничего в комнате я не увидела, скорее всего, Тирецкого вполне устраивало минимальное количество мебели и отсутствие каких бы то ни было деталей в интерьере.
Наконец появился и сам хозяин квартиры, к которому я напросилась в гости. Как я и предполагала, им оказался тот самый «рокер-математик». Одет он был, как и на церемонии, во все черное, волосы были забраны назад и гладко зачесаны. Однако, несмотря на прилизанность прически, избавиться от волнистости волос мужчине не удалось, по-видимому, тут поможет либо кератиновое выпрямление, либо экстремально короткая стрижка.
Владимир Тирецкий не узнал меня – ведь сегодня я была без парика и яркого макияжа, что делало меня совершенно не похожей на Кали, присутствовавшую на церемонии. Могу поспорить на что угодно, никто из участников встречи не разглядывал мое лицо, да и вообще интерес к моей персоне проявила только Терри. И Тирецкий, и остальные мужчины были погружены каждый в свое занятие, и до «прекрасной незнакомки» никому из них не было никакого дела.
