Агент сигма-класса. Больше, чем адъютант

Один раз я чуть не столкнулась с трасками, но, судя по всему, изнуряющий удушливый воздух негативно действовал и на самих рептилоидов, потому что они прошли мимо в каких-то двух или трёх шагах, не заметив меня.

— Эти кейтерцы неплохо переносят жару, но слишком тупы. Пока обучишь их всему, уже помирать собираются… — цинично произнёс уродливый траск, задев плечом камень в каких-то сантиметрах от меня.

Я затаила дыхание. Если меня обнаружат, то я не смогу помочь Даррену.

— Остальные пленники, конечно, умнее будут, — согласился с ним второй рептилоид, — но не протягивают дольше двух месяцев.

Уже что только ни пробовали, даже на этаж под нами переводили, считай, в хоромы, а всё равно дохнут. Больше мороки с тем, чтобы трупы наверх поднять.

— Да, слабаки… — фыркнул первый, обмахиваясь портативным вентилятором.

Я до крови закусила губу, слушая мерзкий и совершенно бесчеловечный диалог. Единственное, что меня хоть сколько-то радовало, что среди всех заключённых, которых я видела в клетках, не было ни единой особи женского пола.

Только мужчины. Прислушавшись ещё к паре-тройке диалогов, я поняла, что женщин и детей траски стараются перепродавать сразу же, как только появляется возможность. «В скалах и так тесно, места на нормальных работников не хватает», — посетовал один из чешуйчатых.

Обрывки фраз говорили о том, что траски не просто похищают корабли с разумными гуманоидами на перепродажу в качестве рабов, но и используют самых сильных пленных в качестве добытчиков драгоценного металла.

Анализатор на запястье подсказал, что в скалах содержится большое количество иридия. Похоже, именно из-за него пираты развернули такую бурную деятельность, что, впрочем, неудивительно, ведь эта руда на любой планете Федерации ценится выше золота или платины.

Я глубоко вдохнула и выдохнула, не столько, чтобы насытить лёгкие кислородом, чтобы просто успокоиться. И хотя я уже морально представляла, что увижу, когда коридор расширился, вновь почувствовала, как волоски на теле встают дыбом.

Множество мужчин в невыносимой жаре не покладая рук трудилось, добывая иридий. Красные потные лица, уродливые рубцы по всему телу, застарелые и свежие ожоги, волдыри, пенящиеся мозоли. Кто-то возился с деревянными палками, тщетно пытаясь отколупать кусочки каменных стен, кто-то выцарапывал их ногтями, а кто-то с перекошенной от боли гримасой работал инструментами.