Шварх, теперь ещё и ощущение, будто укачивает. В Особом Отделе меня учили многому: как взламывать замки, расшифровывать сообщения, прятаться, обращаться с оружием, будь это нож или бластер, пилотировать большие и малые космические корабли, – но вот чему не учили, так это травить свой организм всякой дрянью. Я знала, что алеф- и бета- агентам частенько делают сильнодействующие прививки от ядов, но в виду моего особого организма избегала даже лёгкого алкоголя. Андрэ сказал, что сложно предсказать, как он на меня повлияет с учётом наполовину искусственного тела андроида.
Он даже в какой-то момент загорелся идеей провести эксперимент, но тут уже я отказалась от этого «любезного» предложения, сославшись на высокую загруженность учёбой и необходимость практиковаться в пилотировании космолётов.
Тем временем цварг упорно пытался вручить мне в руку открытую бутылку пива. В итоге я наклонилась к его уху и прокричала:
– Мне шестнадцать. По законам Цварга алкоголь можно пить только через пять лет!
На пьяной симпатичной моське с едва проклюнувшимися рогами отобразилась искренняя обида, будто я как минимум разбила личный флаер этого индивида.
– Фи, какая ты скучная! – Пожал плечами и пересел на кресло. Эту фразу я не столько расслышала, сколько прочла по губам.
Неожиданно позади раздался грохот, не вписывающийся в ритмичное музыкальное «бум-бум-бум». Я вяло обернулась и убедилась, что ничего страшного не произошло. Просто кто-то из друзей Тайлера решил побаловаться и проверить, насколько хорошо пружинят антигравитационные ботинки последнего поколения.
Цварг спрыгнул с балкона второго этажа, но, похоже, всё-таки неправильно выставил настройки компенсации подошвы, потому что теперь ковриком стелился позади дивана. Я хмыкнула. Визуально ничего себе не сломал, а кровь из носа и синяки – ерунда. С их регенерацией уже через пару часов будет как новенький."
"– Эй, Зеф, ты как там? – завопили что есть мочи трое цваргов, опасно перегнувшись через перила второго этажа и с любопытством рассматривая упавшего сородича, больше напоминающего медузу, разморенную лучами жаркого солнца.
Кто-то всё-таки сделал музыку чуть тише, чтобы расслышать ответ.
– Зашибись! – крикнул Зеф, всё ещё валяясь на полу.
Цварг с кряхтением сел, а я подумала, что во всей этой вечеринке меня радует лишь одно: Жан на неё то ли не был приглашён, то ли сам не явился.
