Агент силовой разведки

Третий выстрел он произвел в Крайца, практически в упор. Пуля пробила правое легкое, и Крайц, захрипев, повалился на пол.

Бесшумные патроны сработали отлично. С ними «MR-73» был таким же тихим, как знаменитая «Гроза».

На миг Молчановой показалось, что в ушах у нее вата: Лугано вскинул руку с оружием, выстрелил, парень у двери рухнул на пол, – но звуки выстрелов потерялись в этом колонном зале; Молчанова различила только металлические щелчки.

Александра прижалась к холодной колонне, образовав вместе с ней полуживой пиллерс.

Лугано подошел к Качмареку и выбил у него из руки двуствольный «Дерринджер». Портфель он не отпускал, как будто тот был действительно набит стодолларовыми купюрами или сцеплен с его рукой наручником.

– Встать! Если ты не встанешь, я проветрю твои мозги. Не упусти шанс остаться в живых.

Качмарек с трудом повиновался. Он дышал часто и прерывисто и в любой момент был готов упасть замертво.

Лугано вернул ему усмешку:

– Трудно держаться за простреленный бок раненой рукой. Иди за мной. Поможешь мне в одном деле.

Лугано отступил к люку, ведущему в подземелье. В склеп, vault – говоря языком того же Крайца, что означало хранилище вирусов.

Это место Лугано нашел бы с закрытыми глазами. Почти тридцать лет прошло, а он помнил все до мелочей, как будто покушение на Токаря готовил вчера: мина заняла свое место под сводом, впереди куча времени, и Виктор спускается в подземелье.

Лугано, расставшись наконец-то с портфелем, приподнял крышку за бронзовое кольцо и, сдвинув ее в сторону, взвел курок револьвера. Качмарек закрылся от него рукой. Лугано трижды выстрелил в него, опустошив барабан. Откинув его влево и заблокировав ударно-спусковой механизм, он вытряхнул отработанные гильзы и, положив их в карман, зарядил револьвер новыми патронами.

Качмарек лежал на спине. Все ранения у него – в грудь. На пол не упало ни капли крови. То, что нужно. Бросив взгляд на дверь, Лугано подтащил тело к люку и сбросил его вниз.

Теперь очередь Крайца.

– Где третий? – спросил его Лугано. – Где Возняк?

Крайц не мог сопротивляться.

– Он остался в машине.

– «Лексус», WA81L, цвет...

Лугано опустил слова, которые бередили его душу. Он считал Крайца психом: завидуя богатым немцам и англичанам, тот насмехался над теми, кто втрое беднее, чем он. В Москве он смотрел на Лугано с барским превосходством...

Виктор выстрелил ему в сердце.