Агент таурель-класса

К счастью, я как раз заехал туда, потому что хотел проверить завязь ракхаши после хайды. Но не успел подняться на холм, как все чувства обострились и возопили об опасности.

Мы с тремя воинами разделались с тварью, но паника и страх уже поселились в сердцах ларков и ларчанок. Я и так настаивал раньше на переселении в столицу, но не хотел пугать жителей. Теперь же деревенские побросали все дела и собрались буквально за считанные минуты. Я поклялся им, что в столице безопасно. Но вот вопрос: до каких пор?

Гадкое, склизкое, как хтэрр, предчувствие обвилось вокруг грудной клетки, сдавило лёгкие, вонзило в меня клыки сомнений и удушало, наслаждалось моей беспомощностью.

Позор, какой же позор… Я сгорал в агонии беспокойства, но при этом как вождь не мог показать, – просто не имел права! – что не знаю, как организовать безопасность ларков.

Шарршеорон находится на каменной плите, а значит, хтэрры не доберутся до горожан ещё какое-то время. Но насколько хватит твёрдости горной породы? Да и само решение – для трусов, конечно.

Настоящий вождь уже придумал бы, как защитить подопечных.

Я рывком открутил вентили воды. Горячие струи ударили, ошпаривая грудь. Очень хотелось охладиться, но тратить энергию на охлаждение воды – глупо, а сама вода, хоть и зачерпывается из глубин прохладных озер Диких Земель, нагревается в трубопроводе.

Розовая кровь часто закапала на плитку. Я осмотрел царапину на руке, которую получил от одного из клыков хтэрра, вздохнул и зализал. Лёгкий стук в дверь отвлёк.

– Арх-хан, можно к тебе?

Я повернулся к Лейле и застыл, заметив тревогу в её удивительном синем взгляде.

Ещё одна порция горького яда растеклась по телу, неистово раздирая и сжигая вены. Моя женщина боялась и старательно прятала страх в себе.

«Ну что ты за ничтожество, Арх-хан. Она уже считает тебя слабаком…»

«А ты и есть слабак. Что же ты за вождь такой, который не может ни спасти своих людей, ни успокоить единственную женщину?»

Мысль о том, что Лейла каким-то фантастическим образом стала проникать мне под кожу, тоже не давала покоя.

Мы договорились, что она будет со мной на Ларке лишь некоторое время, и то, как организм внезапно пристрастился к ней, пугало меня самого. Я чувствовал её аромат повсюду, постоянно хотелось потрогать её, пропустить чёрный шёлк волос сквозь пальцы, притянуть близко-близко и не отпускать. И самое паршивое, что, несмотря на то, что у нас оставались фактически только ночи на двоих, это чувство лишь крепло.

«Отпусти её, Арх-хан, она же ведь человек.