Агентство «Острый нюх». По следам преступлений

Что он и сделал, только с гораздо большей осторожностью и нежностью, поймав себя на странном удовлетворении и радости от неожиданного сюрприза, преподнесенного Анюткой. И да, ей было очень хорошо. Он постарался.

Уже позже, когда лисичка уютно устроилась на его плече, тихонько сопя и доверчиво прижимаясь, Женька все-таки не удержался от вопроса.

– Как так вышло, Ань, а? – тихо спросил он, осторожно коснувшись губами растрепанной макушки рыжей.

В груди разливалось умиротворение, а нежность оттуда и не уходила, и никакие угрызения совести, слава богу, не терзали.

К собственному удивлению, даже об Алене почти не думалось. Так, легкая грусть оставалась, но и только. Грусть о том, что в самом деле перепутал влюбленность с чем-то серьезным и настоящим, намеренно отказался от того, что действительно правильное и его. Хотя в жизни случайностей не бывает. Аня пошевелилась, не поднимая головы, ее пальчик рассеянно провел по его груди, и Женька осознал, что губы разъезжаются в глупой, довольной улыбке.

– Тебя ждала, – почти шепотом, застенчиво ответила она и крепче прижалась к нему.

Женька же обнял ее двумя руками, зарывшись губами в рыжие пряди, и задумчиво уставился в потолок. Маленький лисенок. Точнее, не маленький уже, а вполне выросший в симпатичную, чуткую и оказавшуюся очень даже страстной лисичку. Он хмыкнул, тихонько покачал головой и закрыл глаза. Его лисичка. Звучало очень приятно, и, черт возьми, от осознания, что она в самом деле ждала его и он – первый, распирала чисто мужская гордость и даже немножечко самодовольство.

И Женька со спокойной душой нырнул в сон, больше не мучаясь никакими размышлениями и попытками осознать столь резкие перемены в своей жизни.

Глава 4

Этой же ночью, квартира Алены

Мне снился странный сон. Я слышала чужой голос, чужой шепот, говоривший странные признания, чужие руки прикасались ко мне, чужие губы скользили по коже. Окружающее было как в тумане, где-то на границе сознания тревожным огоньком горела мысль, что происходящее слишком не похоже на сон, скорее, на видение.

Потому что прикосновения ощущались болезненными вспышками на коже, хотелось оттолкнуть эти руки, но отчего-то тело было ватным, и шевелиться не желало.

– Аленушка… ласточка моя… скоро, уже скоро… – лихорадочный шепот, от которого разбегались мурашки и нервы дрожали от непонятного напряжения. – Как же долго я ждал…

В какой-то момент стало невыносимо плавать в этом неясном сне-яви, и сквозь вату в сознании пробилась тревога, неуютное чувство усилилось.