- Да, его детям помогли, - кивнул Иринеос, протирая испарину, выступившую на лбу. – Что же солнце так печёт? Ведь утро же!
- Не раннее, надо было ещё раньше выезжать, - хмыкнул Эол в ответ.
- Твоя правда, - не стал спорить старый целитель.
Я задумчиво смотрела вперёд, одна идея пришла в голову:
- Давайте завернём на рынок, купим опахала, - предложила я, - и правда тяжело дышать, а что будет дальше? Ещё ткань возьмём и длинные палки, сделаем навес над головой, чтобы защититься от солнца, Эолу, Агате и Асэ я быстро смастерю кепки.
- Что? Кепки? – удивился неизвестному слову Иринеос.
- Да, - кивнула я, обдумывая, что мне для этого нужно.
В общем на рынок заехали. Телегу и коней оставили у коновязи, Асэ остался сторожить, а мы отправились вглубь базара.
Пройдя чуть дальше первых рядов, вышли на открытую полукруглую площадку со вбитыми в землю столбами, к которым были прикованы люди. Рабы.
Я сглотнула. Зрелище было малоприятным. Гиатрос Иринеос посмотрел на моё побледневшее лицо, подхватил под руку и попытался утянуть в другую сторону, но я качнула головой:
- Всё в порядке, пройдём напрямик, так быстрее, - и, следуя своим же словам, устремилась вперёд.
Моя бы воля я бы выкупила их всех и дала свободу, вот только не всё так просто и веками сложившаяся система по одному моему хотению никак не изменится, увы.
Практически дойдя до выхода из этой части рынка с живым товаром, взгляд зацепился за одного из рабов. Его поза привлекла моё внимание. Я уже видела её когда-то, словно в другой жизни.
..
Озарение снизошло мгновенно, стоило лишь задуматься. Резко притормозив, воскликнула:
- Алим! Ты ли это?"
"Араб сидел по обыкновению расслабленно, даже непринуждённо; его тёмные глаза смотрели точно на меня. Сухощавое лицо не выражало ничего, кроме вселенской скуки. Но я точно знала - это всего лишь маска: Алим замечает даже самые немыслимые детали. Умный, осторожный, сторонящийся всех. Когда-то нас свела судьба и он первый, кто помог мне не утонуть в отчаянии.
- Думал вспомнишь, или нет, - улыбнулся он кончиками губ.
- Ах ты! - вдруг раздался неприятный визг и к арабу подскочил неприятного вида мужчина, - как ты смеешь столь неуважительно обращаться к высокой госпоже! Плетей ему! Немедленно!
15
- Не тронь его! - сказала я, казалось бы даже голос не повысила, но мужчина, продолжавший что-то визжать вдруг заткнулся, а второй, занёсший было плеть над арабом, растерянно её опустил. - Я его куплю.
