Агония

Чарушина не дернулась, лишь презрительно скривилась:

— Ну? Чего ждешь? Видишь, не сопротивляюсь.

Не врет, решил он и усмехнулся:

— Есть и другие способы получить сексуальное удовольствие. Более приятные.

— Ты про минет? — усмехнулась она и посмотрела на его вздыбившуюся ширинку. — Я ж тебе член откушу. Сомнительное будет удовольствие. Серьезно, Владик… хочешь остаться без члена, снимай штаны.

— Сомнительно то, что Шамрай после этого тебя снова захочет. Хотя… ему не привыкать подбирать тебя после меня.

Глаза бывшего снова сверкнули нездоровым блеском, но что-то внутри подсказывало Регине, что пыл прошел.

Женщина, у которой месячные, гарантированно вызовет у него отвращение. Не будет он ее трахать. Когда они встречались, в такие дни он не приезжал. Даже не звонил! Тогда она не придавала этому особого значения, не собираясь обсуждать эту деликатную тему, просто сделала такой вывод, исходя из собственных наблюдений.

— После тебя? Рейман, ты, правда, решил, что ты великий манипулятор и король интриг? Сильно умный? Рейман, ты идиот! Это ты подобрал меня после него! Ты! Подобрал! Меня! После! Него! Ты! — зло выкрикнула она и рассмеялась, увидев выражение лица своего «насильника».

Ее слова повергли Влада в шок, он выглядел ошеломленным и уже не таким самодовольно уверенным. — Что, думал, подсунул ему девку свою, а он, как дурак, повелся, вот вам и скандал? Да нахрен ему девка твоя сдалась! Мы с ним знакомы! Мы с ним встречались! До тебя! Мы друг друга знали!

— Ты врешь! — Он схватил ее за плечи и тряхнул.

 — Врешь, сука! Скажи, что врешь!

— Нет, не вру. Мы встречались, расстались, а потом снова встретились. А ты не знал, да? Какая жалость! — захохотала она, захлебываясь отчаянным смехом. — Я с ним встречалась до тебя! Я в него влюбилась до тебя!

— Прекрати надо мной смеяться, дура! Прекрати! Не смей надо мной смеяться!

Рейман все тряс ее, а потом с размаху ударил. Чарушина слетела на пол. Удар пришелся чуть ниже виска, и боль снова разломила голову. Но это не помешало Регине отползти подальше от Реймана, заодно соображая, чем его можно огреть.

Ничего такого у нее поблизости, да и вообще в квартире, не было. Никаких тяжелых статуэток и напольных ваз. Все разложено, по местам расставлено, ничего под рукой, что она могла бы запустить этой скотине в голову. Только на обеденном столе тарелка с яблоками.

— Не приближайся ко мне, — хрипло предостерегла она.

Звонок в дверь заставил обоих вздрогнуть, а Регину будто подкинул на месте.