– Как Бак поживает?
– Дом начал строить, сказал, пора обзаводиться семьёй, – ответил Чад, вытаскивая из короба мешки с крупой, многозначительно на меня взглянув, продолжил, – я тоже подумываю дом поднимать, и земля имеется у реки и лес рядом.
– Уверена, твоей девушке повезло, – улыбнулась парнишке, догадываясь, что все эти настойчивые рассказы о его семье, о планах неспроста. Но давать ложную надежду я не хотела, Чад отличный парень, но не в моём вкусе.
– Вот, отец велел передать, – смущено буркнул Чад, поставив передо мной небольшую деревянную шкатулку, с потрясающе красивым узором на крышке.
– Спасибо, – растерялась, не зная, как и ответить на такой дар. Мало ли чем эта шкатулка меня обяжет, но и отказывать не спешила, глядя на нахмуренное лицо парнишки. Мне совсем не хотелось его обижать.
– Тал принеси, за такую красоту не жалко столько отдать, – произнесла Велма, не дав и слово сказать Чаду, – ох и умелец твой отец, поди на рынке эти шкатулки мигом разбирают.
Я же, пользуясь моментом, поспешила в свою комнату, где под кроватью в мешке завёрнутые в несколько тряпиц, лежали наши невеликие накопления.
– Спасибо большое, – чуть ли не силком всучила тал в руку Чаду, взяла шкатулку в руки, затаив дыхание открыла крышку, мысленно прося, чтобы в ней ничего не оказалось. Повезло, она была пуста и довольно просторна, будет теперь, где наши с Софи сокровища хранить.
– Эээ, пожалуйста, – пробормотал Чад, бросив сердитый взгляд на Велму, торопливо выложил ещё два мешка и поспешил покинуть кухню.
– Зря ты так, хороший парень, – заметила Велма, стоило нам остаться одним, – и родители тебя не обидят, да и хозяйство у них доброе.
– Тогда почему помогли? – хмыкнула, хитро сощурив глаза.
– Ну тебя, – отмахнулась женщина. – видела, что не по сердцу пришёлся. А обижать не хочешь. Взбила яйца? Отлично, теперь возьми в горшке на полке у окна две пластинки, положи в чашку и залей их холодной водой.
– Не хотела и правда хороший парень, – согласилась с женщиной, заглядывая в многочисленные горшки, в поиске каких-то пластинок, – спасибо Велма, очень выручила.
– Но ты всё же подумай, одной тяжко жить, а у тебя ещё сестра маленькая.
– Подумаю, – произнесла, довольно хмыкнув, обнаружив в седьмом горшке жёлтые с неровными краями пластинки, – эти?
– Они, – подтвердила Велма, – ага в эту чашку, теперь вода… всё хватит, пусть набухает.
– Зачем это? – спросила, рассматривая бледно-жёлтые кусочки в воде."
