Тайна моего положения

Я была успешным парфюмером, но судьба внезапно забросила меня в тело юной Эмилии — сироты из обедневшего аристократического рода во времена, напоминающие викторианскую эпоху. Смогу ли я, обладающая знаниями из прошлой жизни, найти свое место в чужом мире и построить собственное дело? И какую роль в моей судьбе сыграет таинственный незнакомец, лица которого я не разглядела в полумраке?Это история о том, как, оказавшись в чужом мире и чужом теле, можно не только выжить, но и начать новую жизнь, найти друзей и свое призвание, не теряя себя и своей мечты.

— Проклятье! — брошенное с ненавистью ругательство, словно остро наточенный нож, рассекло воздух над моей головой, заставив меня вздрогнуть. Незнакомый голос был полон ярости, от которой все внутри меня сжалось; холодный страх скользнул по позвоночнику, и казалось, что сама тишина вокруг затрещала под напором лютой злобы, накрывая меня ледяным, тревожным предчувствием…

Пульсирующая боль в висках и подкатывающая к горлу тошнота с каждой секундой становились все сильнее, делая окружающий мир размытым и неважным.

— Дрянь! — снова с ненавистью бросили, обдав мое лицо отвратительным смрадом. Липкий тошнотворный запах окутал меня плотной, удушающей волной, заставив невольно задержать дыхание и инстинктивно отпрянуть.

Широко распахнув глаза, едва не задохнувшись от охватившего меня ужаса, я попыталась сбросить с себя чудовище. Но тут же по щеке хлестнула оглушительная пощёчина — от боли и неожиданности я на мгновение потеряла ориентацию. Кожа на месте удара вспыхнула огнём, в ушах зазвенело, словно мир вокруг стал тише. Но вязкий туман в голове наконец рассеялся, и, резко подавшись вперёд, я вцепилась зубами в ненавистную руку.

— Ааа, гадина! — взвизгнул монстр и снова со злостью ударил меня по лицу, сквозь зубы процедив: — Не дергайся, тварь.

Вкус крови во рту и крик боли насильника придали мне сил. Я стала яростно вырываться, отбиваться и дёргаться, как одержимая, пытаясь освободиться от чудовища, которое оседлало меня и с маниакальной настойчивостью рвало на мне одежду.