Академический дефектив

С нескрываемым разочарованием темноволосая красавица покидала сцену, нервно дергая роскошное платье.

— А мы переходим к следующему испытанию! — бодренько заметил ведущий, пока я пыталась найти глазами ту самую тень и понять, откуда она наползает. Сцену освещали тусклые, оплывшие свечи, а я отошла подальше не желая порадовать всех горящим факелом юбки.

— Представьте себе темный переулок, неуемный голод и одинокого прохожего, который спешит по своим делам. — вещал ведущий, пока я осматривалась в поисках тени. — Да что тут представлять? Сейчас мы это покажем! Внимание на занавес! Я видела одинокого мужчину, который посматривал на часы.

Сейчас каждая участница будет перенесена в город и покажет, как нужно завязывать диалог с человеком. Учтите, кусать нельзя. И пользоваться чарами тоже! Итак, Агнесс! Вы первая! Уже готовы?

Пепельноволосая Агнесс в черном платье шагнула в светящийся алым светом круг, а мы видели, как она стоит в темном переулке.

— Простите, а не подскажете, который час? Просто мне назначили свидание, а я не.

 — послышался голос Агнессы, а прохожий буркнул что-то, ускоряя шаг и снова впиваясь глазами в часы.

— Ну что ж. — послышался голос ведущего. — Он хотя бы ответил, так что можно засчитать испытание!

Следующей девице достался какой-то скучающий мужчина, прогуливающий собаку на поводке вокруг фонарного столба. «Ты можешь ошибиться, не выполнить задание и тогда вылетишь из конкурса!», — малодушно шептал внутренний голос, а я искала глазами ту зловещую тень. Краем уха и глаза я следила за участницами, видя, что две следующие неплохо справились с испытанием.

«И тогда тебе ничего не угрожает», — малодушно твердил внутренний голос, а я нервно сжала камень на шее, чувствуя, как меня душит цепочка. Не хочу, чтобы меня вечно сравнивали… Не хочу, ловить мимолетный отблеск разочарования во взгляде. Не хочу чувствовать ее тень, которая молчаливо стоит рядом со мной. Я не хочу объятий на троих. Он, я и она, спрятанная в глубине его сердца.

— Я отпускаю тебя, — едва слышно пошевелила я губами, слыша аплодисменты.

 — Любовь не стоит смерти. Любовь стоит жизни.

— Эльжбетта! — уловила я голос, натягивая зубастую улыбку и помахав рукой зрителям. — Вот и ваша жертва. Помните, кусать запрещено.

Я видела одинокого мужчину, который стоял на кладбище перед черным обелиском. Фонарь освещал его лицо, а он думал о чем-то своем, отбрасывая длинную тень, ложащуюся на могилу.

Меня дернуло, а знакомое чувство заставило задержать дыхание.