Академия для Сапфира

Пристально, с прищуром и вообще как-то странно. На меня.

— А хорошая? — спросила с надеждой.

— Хороших пока нет, но я над этим работаю.

Выдерживать его взгляд было пыткой, и я опять переключила внимание на книгу. Темные ручейки силы текли по обложке и будто исчезали внутри. Иногда казалось, что это и в обратную сторону действует. Но всматриваться долго не получалось, начинало мутить.

— Зачем? — спросила чуть слышно и вцепилась в стол, чтобы не упасть.

— Друзьям помогают, — просто отозвался Сапфир. — Считай, что таким образом я возвращаю долг тем, кто хорошо отнесся ко мне.

После этих его слов я могла только уйти.

Внутри будто вулкан извергался, топя меня в едкой боли.

Сапфир перехватил меня за запястье уже у самой двери и, конечно, никуда не отпустил.

Пока он собирался, мой взгляд случайно упал на дверной проем, за которым располагалась гостиная. Зацепил на подлокотнике дивана небрежно брошенную рубашку, из-под которой вызывающе торчала кружевная деталь женского гардероба. Из тех, что посторонним не демонстрируют.

— Не думала, что тебя интересуют женщины подобного сорта.

Проклятые россыпи, я это все-таки сказала!

Сапфир насмешливо фыркнул.

— Поверь, даже не собиралась!

Вулкан взорвался с новой силой, а я не имела возможности даже кричать.

Взяв меня за руку, Сапфир направился туда, где в это время суток можно было поймать экипаж.

— Тамина — эксперт в области старой магии и книг, которые не так просто прочесть, — с немного снисходительной улыбкой пояснил он. — Поначалу она может показаться немного экстравагантной, но это обманчиво.

Но не слишком, потому что даже для мага и эксперта как-то слишком носить рубашку мужчины, с которым она едва знакома. Как и оставлять в его гостиной свое белье.

— И как результаты? — спросила, чтобы он не думал, будто мне большое дело до его развлечений.

— Пока их нет, но мы над этим работаем.

Я не сдержала скептичного фырканья.

Сапфир одарил меня долгим пристальным взглядом, но ничего не сказал.

Мы как раз вышли на оживленную площадь и остановились, оглядываясь в поисках экипажа.

Прохладный воздух делал свое дело. Вулкан теперь тихо тлел, и мысли вдруг оказались рассажены по воображаемым полочкам и приведены в благопристойный вид. В том смысле, что… Почему я вообще злюсь? Да, я размечталась, и это было волшебно. Без преувеличения, лучшие дни в моей жизни. Но теперь все кончено.