Академия для Сапфира

Проклятые россыпи, как же ему должно быть тяжело!

Еще шаг, и я вновь остановилась.

— Родители обвинили тебя?

— Отец сказал, что я должен был позволить Жеанду закончить начатое, раз уж он оказался самым целеустремленным из его сыновей. А мать… она ничего не говорила. Но она никогда ему не перечит.

Пожалуй, это самое страшное. Когда ты поступаешь правильно, и за это от тебя отворачиваются самые близкие.

Еще небольшой шажок.

Расстояния между нами совсем не осталось.

— Не обязательно идти к ним из-за меня, — прошептала вместо прикосновения.

 — Мы могли бы просто уехать. Теперь это будет сложнее, но моя семья привыкла скрываться. Мы затеряемся и никто нас не найдет.

Я еще не договорила, когда Сапфир повернул меня спиной к себе и крепко-крепко прижал к груди.

— А если я не хочу, чтобы ты сбегала? — выдохнул в самое ухо, и я замерла, окутанная его теплом. — У меня так давно не было кого-то близкого. Кажется, целую вечность. И когда плющ затащил тебя в мою спальню, я сначала злился, потом чувствовал себя виноватым и хотел тебе помочь… и сам не заметил, когда ты пролезла в мое сердце.

Объятия сжались еще крепче.

Я откинула голову ему на грудь.

Но нам нельзя быть вместе и…

— Прости, я не нарочно, — пролепетала жалобно.

— Этта… лучше молчи! — рыкнул Сапфир.

Сильные руки заскользили по моему телу, сминая платье.

Кажется, меня собирались целовать.

Но, наверное, впервые в жизни мамина привычка вламываться без спроса оказалась полезна.

— Готовы? Так вы все самое интересное пропустите и точно не помиритесь с Лордом.

Арман, платье помнешь, аккуратнее! — происходящее она поняла так, что он просто помогал мне застегнуть украшения.

А Сапфир, как будто так и надо, просто отстранился и направился к выходу.

Все переходы в Уделы находились возле Адаманты, опоясывая город неровным кругом. Далеко от Ригоста. Поэтому нам предстояло воспользоваться порталом.

Он уже сиял, когда мама неожиданно вспомнила, что чего-то мне не объяснила, и попыталась привнести в мою доселе относительно спокойную жизнь немного тонкостей драгоценного этикета.

Кажется, там было что-то про прямую спину и выражение лица, как будто я презираю весь мир. И еще много всякого, но за попытками изобразить высокомерное презрение я не уловила остальную суть. Стоявший рядом Сапфир улыбался уголками губ, но внутри, чем угодно клянусь, бессовестно ржал.

— Поздно меня учить драгоценным премудростям, тебе не кажется? — не выдержала я, наконец.