Академия космического флота. Аромат эмоций

Ни на Цварге, ни на одной станции космофлота не было роботов в таком количестве. Особенно сильно нервировали едва слышимый металлический скрежет и искусственно синтезированные голоса, характерные лишь для умных машин Танорга.

– Вам не положено задавать вопросы, а мне – отвечать на них. Всё, что Вы сейчас говорите, записывается и может быть использовано против Вас в суде.

– Тупые железяки, – пробормотал Киар, думая о том, а сможет ли он вообще найти здесь людей.

Он искренне надеялся, что хотя бы на суде с ним будут разговаривать живые люди, а не роботы.

– Вы только что словесно оскорбили служителя закона. На Вас наложен штраф в десять кредитов. Его необходимо оплатить в ближайшие десять дней, при задержке оплаты за каждый день начисляется полкредита, – совершенно невозмутимо уведомил его робот.

– Что?! – возмутился Киар. Речь «служителя закона» его обескуражила настолько, что он даже на миг забыл, зачем прибыл на Танорг. – Да это же шварховы расценки! А как на счёт предупреждения «на первый раз»?

– На Танорге нет предупреждений «на первый раз».

Простите, не понимаю, о чём Вы говорите. За использование бранных слов в общественных местах на Вас налагается штраф в пять кредитов. Его необходимо оплатить в ближайшие десять дней, при задержке оплаты за каждый день начисляется полкредита.

До дверей своего номера Киар шёл молча, закипая от злобы, но понимая, что лучше придержать язык при себе. Уже в дверях он развернулся к своим сопровождающим, чтобы уточнить на счёт того, где сейчас пребывает Анестэйша, но был остановлен механической рукой сотрудника полиции:

– Вот Ваша повестка в суд, командор Киар Леру, – рука протянула планшет с текстом цваргу.

 – Если Вы не знаете человеческого языка, то можете выбрать в настройках любой другой язык для прочтения.

– Знаю я этот язык, – недовольно мотнул головой Киар. Вся эта электроника… нервировала. Она не испытывала абсолютно никаких эмоций, была чистой, как белый лист бумаги, и было совершенно непонятно, как с ней общаться. – Я хотел бы увидеться с Анестэйшей Радонежской.

Как я могу…

Цварг сделал глубокий вдох и выдох, прежде чем задать следующий вопрос.

– Я хотел бы перекусить, где ближайшее кафе?

– Прошу прощения, но выходить из номера не положено. Ознакомьтесь, пожалуйста, с повесткой. Еда будет доставлена в Ваш номер. Что желаете?

– Ничего, – рыкнул Киар, понимая, что фактически попал в тюрьму. Чистую, просторную, с едой по требованию и охранниками последнего поколения, но всё же тюрьму.