Академия. Начало

Рейч чуть было не проговорился. Сдержав слова, чуть было не слетевшие с губ, он закашлялся и сказал:

– Там, говорят, самые большущие дома, куча симпатичных местечек и рестораны сногсшибательные. Там живут одни богатенькие. Хотелось бы познакомиться с богатенькими. Глеб, правда, тоже не нищий, но все-таки…

– Ну да, с меня-то тебе нечего взять, – буркнул Рейч.

– Да ладно тебе! Нельзя все время думать про кредитки, но время от времени приходится, как ни крути. Особенно как подумаю, что я Глебу скоро надоем.

– Ты не можешь надоесть, – польстил ей Рейч и вдруг понял, что сказал сущую правду.

– Мужчины так всегда говорят, – отшутилась Манелла, – но мне тоже было хорошо с тобой, Планше. Береги себя. Кто знает, может, и свидимся еще.

Рейч кивнул и обнаружил, что не может найти нужных слов, чтобы выразить свои чувства.

Он решил подумать о другом. Он должен был выяснить, что задумали люди Намарти. Раз они решили разлучить его с Манеллой, стало быть, время решительных действий на носу. А он до сих пор ничего не выяснил.

И Селдону он ничего передать не мог. За ним строго следили после встречи с Намарти, и все линии связи были сейчас для него отрезаны – еще один признак приближающегося кризиса. Дело явно шло к развязке.

Но если ему суждено было понять, что происходит, только тогда, когда все уже произойдет, если он сумеет передать новости тогда, когда они уже перестанут быть новостями, значит, считай, он провалился.

День у Гэри Селдона выдался беспокойный.

К совершенно естественному беспокойству Селдона за Рейча (правда, дурные вести не сидят на месте, и, если бы что стряслось, он бы уже узнал) примешивалось волнение о том, каковы могли быть планы злоумышленников.

Конечно, они не могли задумать ничего грубого и откровенного – только что-то очень хитрое и тонкое. Нападение на дворец исключалось – слишком надежна охрана.

Эти мысли не давали Селдону заснуть ночью, не покидали его и днем.

Мигнул огонек сигнальной лампочки.

– Премьер-министр, вы назначили аудиенцию на два часа, сэр.

– К вам Мандель Грубер, садовник. У него в руках бумага, подтверждающая аудиенцию.

– Да-да. Пусть войдет.

На самом деле времени разговаривать с Грубером у Селдона не было, но он уступил – похоже, Грубер был чем-то расстроен.