Академия проклятий. Книги 1 - 7 (СИ)

– Да, просто чтобы он забыл о моем появлении в запрещенном секторе. Я бы не использовала, удалось же прокрасться незамеченной, но…

– Где он тебя увидел? – Магистр вновь стал собранным и теперь явно пытался представить картину произошедшего.

– Я висела между лестницей и двенадцатой полкой пятого сектора, шестой ряд.

Смерив меня насмешливым взглядом, Тесме произнес:

– Взяла четвертую лестницу, да?

– Я не смотрела, – сознаюсь шепотом, – я взяла первую попавшуюся, подтащила, забралась, а там…

– Это я последнюю ступеньку сломал, – признался магистр, – когда ты формулу катализатора нарисовала, я, как тролль в брачный период, метался между библиотекой и лабораторией, меня постоянно преследовало ощущение, будто я что-то упускаю.

Тогда и лестницу сломал, Бибор ругался страшно. Ну да ладно, мелочи. Что дальше?

Я, тяжело вздохнув, сообщила уже известное всем:

– Ругань духа-хранителя, появление Верис и вас, потом арест…

Мы с магистром переглянулись, Тесме чуть прищурился и произнес:

– Двенадцатая полка, пятый сектор… Заклинания противодействия времен Дарайской войны… Ты подозреваешь, что тварь, организовавшая перенос каррагов в Ардам, может быть связана с периодом последней междоусобной войны в Хаосе?

И, не дождавшись моего ответа, задумчиво и уже обращаясь скорее к самому себе:

– Человеческая магия… утраченный язык… Точно! – Он подскочил.

 – Тот, подобный агонизирующей змее символ! А я все понять не мог, почему этот язык мне что-то напоминает. Человеческая магия! Так вот она – разгадка! – И уже совершенно забыв про меня: – Лестница, вход в лабораторию!

Дух не стал молчать и ехидно заметил:

– Чай, входом ошиблись, магистр Тесме, старость не радость, да, уважаемый?

Не утруждая себя ответом, преподаватель развернулся и умчался наверх, чтобы перейти в нужное подземелье.

И мчался он, перепрыгивая по две, а то и три ступени разом.

А я осталась сидеть.

И никак не могла понять – кто столь жестоко попытался избавиться от меня и зачем? Пока размышляла об этом, подошел Счастливчик, нагло забрался ко мне на колени, умильно заглянул в глаза и поинтересовался:

– Сидеть долго будешь, малышка?

Решив возмутиться, я сурово сказала:

– Хватит называть меня малышкой!

На морде котяры расплылась хитрющая улыбочка, после чего возрожденный промурлыкал:

– Двадцать один, – призналась с тяжелым вздохом.

– Тысяча двести сорок один мне, – с чувством явного превосходства поведал котяра.