Академия семи ветров. Добить дракона (СИ)

Набрав в грудь воздуха, будто собиралась прыгнуть со скалы в пропасть и отведя взгляд, она выдавила:

— Милдрит, ты… Ты умираешь.

Я внимательно смотрела на нее, ожидая продолжения: ну? А дальше, дальше-то что?

Беатрис взглянула на меня с мрачным и виноватым выражением.

— И это всё, что ли? — Изумилась я.

— Ты не понимаешь! — Оскорбленная в лучших чувствах, подруга вскинулась. — Ты умираешь, и драконы не смогут тебя спасти! Всё было безнадежно еще когда ты только заболела и не хотела идти к целителям!

И осеклась, с тревогой вглядываясь в меня, ожидая реакции на свои слова…

— Всё верно, — согласилась я с недоумением.

— Ты что… знала? — Беатрис неверяще шарила взглядом по моему лицу, всматривалась в глаза, будто пыталась что-то найти.

— Да, конечно. С тринадцати лет. То есть, тринадцать мне было, когда мне родители правду сказали наконец, а вообще-то я еще раньше подслушала.

В горле Беатрис что-то заклокотало, щиты сказали “Ой!”, эмпатический дар забил тревогу и инстинкт самосохранения сдернул меня с постели, заставляя безнадежную больную демонстрировать чудеса резвости — во избежание травм и повреждений от руки лучшей подруги.

— Р-р-р-р! — сказала Беатрис, и попыталась меня догнать.

Обегая кровать, чтобы оказаться от нее с другой стороны, я возблагодарила Свет, что в кровать в моей палате стоит посреди комнаты. Это, конечно, было сделано, чтобы давать целителям доступ с любой стороны, но и чтобы укрыться от разъяренной подружки, тоже годилось.

— Да что случилось?! — Возопила я, не чувствуя за собой никакой вины.

По крайней мере, по отношению к Беатрис.

— “Что случилось”?! “Что случилось”! Я, значит, с ума схожу, не знаю, как ей правду сказать! Виной терзаюсь, что такое важное скрываю!

Беатрис попыталась меня перехватить, и я благоразумно метнулась в другую сторону, снова отгораживаясь добротной деревянной кроватью.

— А она, оказывается, всё знала! — Рявкнула Беатрис.

— Ну, прости! — Пискнула я, осторожно отходя вдоль короткой стороны кровати и придерживаясь за спинку, чтобы не шлепнуться.

— С тринадцати, оказывается, лет! — Продолжала бушевать она.