— Нет, король, — сложил руки на груди и с вызовом глянул на стоящего передо мной мужчину. — Разговаривать будем здесь и сейчас, чтобы каждое твоё слово слышали.
Король медленно, с достоинством обвел взглядом людей на площади и встретился глазами с сыном. Не знаю, о чем был их немой разговор, но мужчина резко оттолкнулся руками от изогнутых подлокотников кресла, встал и подошел к краю балкона, схватившись ладонями за балюстраду.
— Кодекс чести нерушим. Я давал слово не работать против тебя, Алый ветер, я же его и сдержал.
Сам не взял с этого дела и медной монеты, — заверил король воров. — Я не причастен к этому заказу.
— Но ты знал и не сообщил.
— Об этом договора не было. Я держу свое слово, Алый ветер.
С трудом сдержался, чтобы не сломать королю воров челюсть на глазах у его же подданных. Бой я, может, и выиграю, но тогда меня ждет смерть или необходимость принять титул нового короля. Ни то, ни другое меня не интересует. Меня интересует лишь одно. Выдохнул, усмиряя свой гнев, и рискнул зайти с другой стороны:"
"— Значит, вот каков ваш кодекс чести.
Ты не работаешь против меня, но и не помогаешь. Или другой вариант. А может, все иначе?! Твоя власть слабеет и ты сам не знаешь о том, что происходит в твоем клане. Ты просто понятия не имел о попытке убийства на территории Академии и не знаешь, куда твои люди спрятали мою женщину!
— Твою женщину? — зацепился за фразу король. — С каких пор невеста кронпринца Орманского стала твоей женщиной?
Я едва не улыбнулся. Вот ты и попался король. Кажется, это осознал и он, и все разбойники.
На площади поднялся возмущенный гул.
— Раз уж ты не отрицаешь своей причастности, король, то ответь, где укрываешь Эвику де Азнавер. Я пришел сюда без оружия. Я разговариваю с тобой прямо. Или ты нарушишь и этот пункт кодекса?
— Кодекс священен! — выкрикнул кто-то из толпы.
— Выдай Алому ветру его женщину! — второй голос. — Он следует законам чести!
Следом за ними разбойники загомонили. Казалось, гудит все пространство, но я заметил, что некоторые хранили странное молчание.
Вот они, посвященные в дело о похищении. Но обитель огромна, здесь правит власть народа и все имеют право голоса, как и право молчания.
— К похищению невесты принца Орманского мы действительно не имеем отношения, — после долгой паузы объявил король. — Я отказал выполнять эту работу, как и мои люди. Мы чтим Кодекс.
— Ты не знаешь, где девушка сейчас? — с сомнением спросил я, отсчитывая удары сердца в ожидании ответа.
— Пройдем со мной, Алый ветер.
