В какой-то момент сильно пожалела, что в кармане не было блокнота и карандаша.
— Во-первых, глаза. Вот что было не так! Он не моргал!
Одной из особенностей декана-артефактора было то, что он, разговаривая с коллегами или начальством, часто моргал глазами.
— Во-вторых, манера общения. Я промолчу про неживые, механические интонации, но господин Эдвин всегда робел в общении с дамами, чем и пользовалась при случае госпожа Белла.
— В-третьих, честность! Каким бы своеобразным не был Эдвин, он никогда не трогал без спроса артефакты в хранилище.
Этим он успел поднадоесть Леону, бегая к нему с бумажками-разрешениями за подписью и печатью.
Леон…
Мысли против воли переключились на моего мужа. Интересно, сколько прошло времени с момента моего похищения. Догадывается ли он, что со мной могло случиться? Сбился с ног в поисках меня, или радуется, что коварная обманщица Розалин больше не маячит у него перед глазами?
Одна надежда на друзей-деканов. Возможно они, почуяв неладное, помчатся меня искать.
А вдруг нет? Если их так увлекли записи из архива, что они безвылазно засели в кабинете Леона и освободят его только на время ужина Хайдена с той смазливой змеёй?
Как же я от всего устала!
Злость и досада, накопившиеся в моей душе, срочно требовали выхода. Я хотела знать где я, для чего меня заперли здесь и что со мной будет завтра вечером? Не знаю, кто этот таинственный “он”, который приказал Эдвину похитить меня, но я требую объяснений.
И хотя бы стул! А лучше — кровать.
Я подошла к двери и ударила по ней мыском туфли.
Ответа не последовало. Я ударила ещё сильнее и скривилась от острой боли, что пронзила ступню. Закусив губу, прыгала на одной ноге, в надежде, что это всего лишь ушиб и я не сломала себе палец.
Вроде отпустило.
Как назло, здесь не было ничего, чем можно было бы от души постучать по двери, но тихо сидеть и ждать своей участи я не хотела. К тому же, пол был холодный, спать на таком всё равно что подписать себе смертный приговор.
Застужу себе всё и не будет у меня детей.
“От Леона?” — ехидно спросил меня внутренний голос.
Да что же это такое! Брысь из моих мыслей, желтоглазый мерзавец!
Я разбежалась и врезалась в дверь плечом. Гул вышел громкий, но и плечо существенно пострадало. Потирая ушибленное место, я была готова выть от досады!
— Выпустите меня! — раз не получается силой, буду действовать им на нервы.
