Будешь являться в виде замкового призрака, бряцать цепями и заунывно выть на ухо. Нет уж.
– Пассий твоих распугивать… – мечтательно отозвалась я и улыбнулась. – Ага. Верю, что смерть от твоих рук мне не грозит.
Перед тем как выбраться из темного пыльного коридора на улицу, Демион остановил меня, поймав за полу плаща и очень серьезно сказал:
– Кассандра, только очень тебя прошу: никакой магии. Хорошо? Даже если очень сильно захочется. Постарайся себя контролировать.
– Почему? – надулась я. Что он со мной как с неразумным ребенком? Ну, ошиблась пару раз, сделала глупость.
С кем не бывает?
– Потому что с твоей везучестью, с тем количеством силы, которое ты позаимствовала у источника, и, исходя из предыдущего опыта, лучше тебе ничего не магичить. Это в академии везде защиты и барьеры, здесь же место силы расположено недалеко от склепов. Опасно.
Я все равно обиделась, но молчаливо кивнула, признавая правоту Демиона, и двинулась вместе с ним к выходу.
На улице было промозгло.
Чувствовалось, что зима уже отступила, но и до лета еще далеко. Холодный ветер забирался под плащ, теребил юбку, и я очень жалела, что папа не предусмотрел у Труселей начес. «Подкинуть ему, что ли, идейку?» – пронеслась в голове шальная мысль, и я против воли улыбнулась. Папа бы оценил.
Мы с Демионом вышли через невзрачную калитку с территории академии и практически сразу попали на небольшое кладбище. Здесь хоронили преподавателей, совсем уж неудачливых студентов и аспирантов, а также жителей окрестных деревень – в основном тех, кому не посчастливилось работать в стенах академии магии.
Место это было мрачное, с высокими каменными склепами в центре и могилками победнее на окраинах. Очищенная от снега мощеная тропинка вела вглубь кладбища мимо небольших часовен, в которых словно светляки горели маленькие магические светильники. Они были призваны служить маяками для душ умерших. Считалось, пока горит такой огонек, ничто не потревожит покой усопшего.
Подрагивающие огоньки, длинные корявые тени на каменных стенах причудливых склепов – все это заставляло меня пожалеть о намеченной прогулке.
Я поежилась, так как мертвяков не любила. Не до обмороков и дрожи, как сельские девчонки. Все же папа – сильный маг и мама-магичка накладывают отпечаток на детскую психику. Я выросла небрезгливой и психологически устойчивой, но предпочитала никаких дел с трупами не иметь и на кладбище чувствовала себе не очень уютно.
