Я закашлялась, выходя из-под взгляда Оллэйстара и осматривая то, что ещё узнавалось.
Перевёрнутая вверх дном шкатулка лежала в нескольких локтях от нас, ещё ближе оказалась изогнутая металлическая труба с острым обломанным краем. И представлять, что стало бы, не останови её сфера Оллэйстара, я не собиралась. Как и трогать руками «артефакт с неизвестными свойствами», на котором не появилось и царапины.
– Почему сюда все ещё никто не пришёл?
– Потому что эти лаборатории не отслеживаются, в них не бывает бестолковых студентов.
– Я повернулась и увидела, как Оллэйстар носком ботинка отодвинул обломок стеллажа и присел, высматривая что-то в груде теперь уже мусора.
Любопытство задавило скромность в зародыше. Несколько шагов отделяли меня от Оллэйстара, вот только стоило подойти ближе, и я содрогнулась. Хорошо различимый среди обрывков бумаги и куч трухи, целый и невредимый, на обугленном полу вполне себе мирно лежал кроваво-красный поглотитель.
Тот самый, что едва нас не убил.
– Его перенастроили, – задумчиво отозвался Оллэйстар, каким-то куском металла переворачивая редкий артефакт.
– Зачем? – Он взглянул на меня снизу вверх, заставив поёжиться от выражения зелёных глаз.
– Случайно, – нехорошо усмехнулся Оллэйстар.
Ну да, ну да. Пусть я оказалась временно полезной империи, но не перестала от этого быть простой студенткой. Той самой, которой ни к чему лезть в государственные тайны, что показывали сейчас и его тон, и взгляд.
– Конечно, случайно, – вежливая улыбка всегда мне шла.
– Шкатулка лежит вон там.
Я махнула рукой в нужном направлении и стала внимательно изучать стену. Стена была не против. Ректор был не против и отправился в указанную сторону. Я тем более не противилась, задумчивым взглядом скользя по тёмным следам гари, которые красочно разрисовали необработанные камни.
Перенастроили.
Вот только кто? И где Оллэйстар на самом деле взял поглотитель? И кто хочет его убить? Вопросы без ответов заставляли мысли нервно почёсывать голову изнутри.
У меня нет фактов, чтобы строить предположения и, всё же я не могла об этом не думать. Беспокойство проявилось тёмным огненным лепестком, который прокатился от запястья до локтя.
Прекрасно. То есть я перестала ощущать стихийное пламя в груди не потому, что оно исчезло, а потому, что предупреждения закончились? Замечательные новости, просто великолепные."
"Злость поднялась, словно из ниоткуда, и я предпочла думать о поглотителе.
