В таком случае можно сказать, что и цварги честны, ведь их мужчины ощущают весь спектр эмоций.
И лишь после того, как я это сказала, прикусила щёку. Воображение живо нарисовало одного конкретного цварга, который в силу травмы рогов не чувствовал эмоций так, как его собратья, но всё равно был со мной предельно честен. Гнилые астероиды! На кой шварх я заговорила о цваргах?..
– Да, конечно, – не заметив моего состояния, ответил Майк. – Цварги тоже уникальны. Просто ларки мне нравятся своим лёгким отношением к жизни.
Хотел бы я так уметь…
– Сказал парень, который в первый день нашего знакомства ввалился в мою ванную комнату, сфотографировал в джакузи и установил снимок на заставку планшета, – шутливо поддела друга.
Майк улыбнулся, вспоминая прошлое, сказал что-то в ответ, а я с досадой ощутила, что с тех пор, как сама произнесла слово «цварг», образ Севера Касса никуда не хотел деваться из моей головы. Решительно остановилась, тряхнула головой и предложила:
– Может, поедим, а? Я зверски голодная!
Мы как раз вышли с парковочной платформы на дорожку к столовой, когда столкнулись с моим молодым человеком.
Амори держал в руках какие-то неприглядные склянки с не внушающей доверия бурлящей болотной жидкостью и… что-то вдохновенно пел этим самым банкам или жиже. Я так сразу не разобралась. Голос у миттара был чудесным, но всё равно это выглядело странно.
– Амори?
– Вивьен? – Парень был удивлён мне не меньше, чем мы с Майком ему. – А что ты тут делаешь?
– Недалеко от платформы? – хмыкнула, мотнув головой в сторону запаркованного истребителя.
– Вообще-то я только что с ребятами с дежурства вернулась. Я же говорила, что прилечу через неделю.
– О! – Синие глаза Амори распахнулись широко-широко. – А я думал, что, говоря «через неделю», ты имела в виду астрономические сто шестьдесят восемь часов. – Он посмотрел на наручный коммуникатор и добавил: – Я планировал тебя встретить через пять часов сорок шесть минут и тридцать две секунды.
– М-м-м… – промычала я что-то невнятное. – Понятно. А ты что здесь делаешь?
Младший лейтенант Амори Элл словно бы дожидался этого вопроса. Он засиял так, что от него можно было зарядить резервный генератор.
– Я выращиваю и размножаю спиритус эпиматизгатус. У них уникальная цитоплазматическая мембрана, которая при определённых условиях пропускает молекулы магниса. Однако после его поглощения спиритус эпиматизгатус отказывается выбрасывать эктоспоры.
